Книга Против канона. Счастливый финал для моего злодея, страница 116 – Мирослава Меленская

Послушная его воле, пространственная трещина вновь раскрылась за нашими спинами. Шагая назад, в тепло Сапфирового Дворца, я бросила последний взгляд на Сеул. Я искренне и с благодарностью улыбнулась. Моя прошлая жизнь окончательно отпустила меня, не оставив сожалений. Мой истинный дом, моя настоящая Вселенная находилась там, где билось его сердце.

ВЭЙ ЛОНГ

Тренировочное поле Центральной Военной Академии Эдема Парадокса гудело от высвобождаемой энергии. Я стоял в центре выжженного каменного круга, сжимая в руках тяжелый тренировочный меч, утяжеленный пластинами из коробокурского свинца. Мой лоб был покрыт испариной, легкие горели, дыхание было частым, но дикий, чистый азарт битвы кипел в жилах с прежней, юношеской силой.

Напротив меня, поигрывая смертоносной, усеянной шипами алебардой, стоял генерал Шэнь. Бывший заклятый враг нашей семьи, верный цепной пес Ли Чжаня, а ныне — мой главный соратник по реформированию и интеграции объединенной армии Десяти Провинций.

— Что, Маршал Вэй, старые ранения ноют к дождю? — хищно ухмыльнулся Шэнь. Страшный, пересекающий всё лицо шрам изогнулся в издевке. — Ваши хваленые жрецы Света научили вас красиво молиться, но так и не научили держать прямой удар Первородной Тьмы!

— Меньше слов, больше дела, генерал! — я резко, взрывным рывком сократил дистанцию, нанося стремительный, сокрушительный рубящий удар сверху.

Сиреневая, сияющая аура моей родовой боевой Ци с оглушительным грохотом столкнулась с его черным, вязким, поглощающим щитом Тьмы. Зазвенела сталь, во все стороны брызнули искры. Мы обменялись десятком молниеносных ударов за несколько секунд, двигаясь на грани человеческих возможностей, превращаясь в размытые пятна.

Нельзя было назвать это битвой насмерть, скорее это был язык, на котором теперь говорили воины Новой Эпохи. Здесь, на этом пыльном поле, под светом сапфирового солнца, бывшие гордые паладины Света и бессмертные, жестокие легионеры Тьмы учились доверять друг другу, потом и кровью стирая из памяти тысячелетия взаимной, слепой ненависти.

Удар. Блок. Еще удар. Шэнь коварно подсек мою опорную ногу древком алебарды, но я использовал инерцию, перекувыркнулся в воздухе, приземлился на одно колено и мгновенно выставил острие меча прямо к его кадыку. В то же мгновение тяжелое лезвие его алебарды замерло ровно в дюйме от моей ключицы.

Секундная, звенящая тишина — и мы оба разразились громким, хриплым, искренним смехом, одновременно опуская оружие.

— Неплохо, мальчик, очень неплохо, — Шэнь, отдуваясь, протянул мне свою массивную, мозолистую руку, помогая подняться с земли. — Твой отец, почтенный Император, может гордиться тобой. Ты перековал неженок из армии «Лилового лотоса» в нечто воистину несокрушимое.

— Мы сделали это вместе, старый вояка, — с уважением ответил я, принимая влажное полотенце у подбежавшего адъютанта.

Выходя с полигона, я заметил Вэй Фэна. Мой младший брат сидел в тени раскидистого дерева на мраморной скамье. Он был с ног до головы окружен горой свитков, папок и какими-то сложнейшими геометрическими чертежами, которые ему на прошлой неделе передала Ю Ра. Его неизменный веер мерно двигался в руке, создавая вокруг него кокон легкой прохлады.