Книга Разрушь меня. Разгадай меня. Зажги меня, страница 262 – Тахира Мафи

Мой отец вел совершенно отдельную от моей семьи жизнь, о которой я не знал ровным счетом ничего, и вместо того чтобы достойно умереть, он оставляет мне в наследство, так сказать, братца, который не так давно пытал меня на бойне, намереваясь убить. – Он проводит рукой по своему лицу. Внезапно внутри его как будто что-то ломается, трескается, и он теряет над собой контроль. Ему приходится сжать руки в кулаки и приложить их ко лбу.

— Он должен умереть, – выдавливает Адам.

Я затаила дыхание, я больше не дышу, и он заканчивает свою мысль:

— Я говорю про отца. Я должен убить его.

Я хочу рассказать о секрете.

Я не сожалею о том, что сделала. Я совсем об этом не сожалею.

Более того, если бы мне дали шанс все снова повторить, я бы все довела до логического конца. Я выстрелила бы Андерсону прямо в сердце.

И мне бы это очень понравилось.

Даже не знаю, с чего начать.

Боль Адама – это горсть камушков, брошенных мне в лицо, пучок соломы, засунутый мне в горло. У него нет родителей, только отец, который бил его и унижал, а потом бросил лишь для того, чтобы разрушить весь мир. В довершение всего он «завещает» ему новоявленного братца, который представляет собой полную противоположность Адаму, если такое вообще можно себе представить.

Имя Уорнера уже не является тайной, зато выясняется, что фамилия Адама вовсе не Кент.

Кент – это его второе имя. Так он мне сам сказал. И еще добавил, что не желает иметь ничего общего со своим отцом, а потому никому никогда не называет свою настоящую фамилию. Ну, в этом по крайней мере он чем-то схож со своим братом.

И еще в том, что они оба обладают некоторым иммунитетом к моему прикосновению.

Адам и Аарон Андерсон.

Братья.

Я сижу в своей комнате в темноте и пытаюсь хоть как-то сравнить Адама с его новоявленным братом. Ведь он, по сути, всего лишь мальчишка, ребенок, ненавидящий собственного отца. И эта ненависть привела к тому, что ему пришлось принять в своей жизни много серьезных, но неправильных решений. Два брата. И два разных пути.

Две не похожие одна на другую жизни.

Сегодня утром ко мне заходил Касл. Всех раненых уже перевели в медицинский отсек, шумиха улеглась, и жизнь потекла своим чередом. Явившись ко мне, Касл сказал:

— Мисс Феррарс, вчера вы вели себя весьма храбро. Я бы хотел лично выразить вам свою признательность и поблагодарить за то, что вы совершили, – в частности, за вашу поддержку. Я даже и не знаю, что бы с нами случилось, если бы не вы.

Я улыбнулась, проглотила этот комплимент, полагая, что на этом его визит завершен, но он добавил:

— Дело в том, что я настолько потрясен вами, что хотел бы теперь предложить вам первое персональное задание в «Омеге пойнт».

Мое первое официальное задание!

— Вам это интересно?

Я ответила, что, да, конечно, это очень интересно, определенно интересно, и я с удовольствием наконец-то займусь чем-то полезным, помогу общему делу.

Тогда он улыбнулся и произнес:

— Я так счастлив слышать это, потому что даже не знаю, кто бы справился с данным заданием лучше вас.

Я просияла.

Будто само солнце вместе с луной и звездами обратились ко мне со словами: «Пожалуйста, перестань сиять так ярко, а то нас совсем не видно». Но я их не слушала, а продолжала сиять. Потом я попросила Касла подробно рассказать мне о моем новом задании. О том самом, которое, если верить ему, идеально подходило именно мне.