Книга Разрушь меня. Разгадай меня. Зажги меня, страница 165 – Тахира Мафи

— Что такое? – Я морщу лоб. – О чем ты тут гово…

— Ты не можешь так долго играть со мной и казаться недотрогой. – Он загадочно приподнимает брови. – Я ведь даже не могу коснуться тебя. Вот видишь, как слово «недотрога» поднимается на совершенно другой уровень. Надеюсь, ты понимаешь, что я имею в виду.

— Господи! – произношу я одними губами, мотаю головой и уже громко добавляю: – Да ты просто сумасшедший.

Он падает на колени передо мной:

— Да! Я сошел с ума из-за твоей небесной любви!

— Кенджи!

Я не поднимаю взгляда, потому что боюсь посмотреть, что творится вокруг, но мне отчаянно хочется, чтобы он замолчал. И чтобы между нами сейчас оказался целый зал. Я понимаю, что он шутит, но я единственная, кто догадался об этом.

— Что? – спрашивает он, и голос его грохочет, заполняя все пространство вокруг: – Неужели моя любовь смущает тебя?

— Прошу тебя, ну пожалуйста, встань сейчас же и говори потише…

— Ни за что.

— Почему нет? – умоляю я.

— Потому что, если я начну говорить тише, я не услышу сам себя. А это, – заключает он, – моя любимая роль.

Я даже на него смотреть не могу.

— Не отвергай меня, Джульетта. Я так одинок.

— Что с тобой стряслось?

— Ты разбиваешь мне сердце. – Его голос звучит еще громче, он в нарочито преувеличенном отчаянии размахивает руками, да так активно, что чуть не задевает меня, и мне приходится в панике пятиться от него. Но тут я осознаю, что все смотрят именно на него.

Их это развлекает.

Я выдавливаю из себя какую-то кривоватую улыбку и, робко оглядывая зал, с удивлением действительно убеждаюсь в том, что на меня не смотрит ни один человек. Мужчины скалятся, видимо, они привыкли к выходкам Кенджи, а женщины не сводят с него глаз, в которых смешиваются восхищение и что-то еще.

И Адам тоже смотрит на него. Он стоит со своим подносом в руках, чуть склонив голову набок, и по всему видно, что он смущен. И как только наши взгляды встречаются, он неуверенно улыбается мне.

Я направляюсь к нему.

— Эй, крошка, подожди. – Кенджи в один прыжок настигает меня и хватает за руку, как только я успеваю сделать несколько шагов. – Ты же понимаешь, мне просто не хочется оставить тебя в покое. – Он следит за моим взглядом и, заметив Адама, хлопает себя ладонью по лбу. – Ну конечно же! Как я мог позабыть? Ты влюблена в моего соседа по комнате.

Я поворачиваюсь к нему.

— Послушай, я благодарна тебе за то, что теперь ты будешь помогать мне в моих тренировках. Это действительно так. Спасибо тебе за это. Но нельзя же вот так признаваться мне в вымышленной любви, тем более на глазах у Адама. И пропусти меня, а то скоро время завтрака закончится, ладно? Я его и так редко вижу.

Кенджи неторопливо кивает и выглядит теперь мрачней тучи.

— Ты права, прости. Я все понял.

— Спасибо.

— Адам ревнует, потому что мы любим друг друга.

— Иди уже за своей миской! – Я подталкиваю его, может быть, слишком сильно, а сама едва сдерживаю смех.

Кенджи тут один из очень немногих – не считая Адама, разумеется, – кто не боится дотрагиваться до меня. На самом деле, конечно же, никому не следует ничего опасаться, когда я одета в свой замечательный костюм, но я обычно во время еды снимаю перчатки, а моя репутация идет далеко впереди меня. Люди предпочитают держать дистанцию. Но хотя я один раз совершенно случайно напала на Кенджи, он меня не боится. Мне кажется, потребуется что-то астрономически грандиозное и ужасное, чтобы сломить его.