Книга Мой космический дикарь, страница 33 – Лия Валери

Кто бы думал, что всё вот так повернётся.

Паша разливает ароматный алкоголь по нашим бокалам. Даже Юля удивлённо отмечает качество напитка.

— Пахнет вкусно, – Юля принюхивается и даже прикрывает глаза.

— Конечно, это Вуарийское вино. Я его уже несколько лет храню. Выиграл в карты.

— Теперь понятно, – Юля морщит нос. – Ты бы сам вряд ли купил бы его. Оно бешеных денег стоит.

— А я, что, дурак, тратить деньги на какую-то, хоть и вкусную настойку?

Даже Ахрам, который сидел до этого, равнодушно разглядывая сцепленные руки, берёт бокал с напитком.

Принюхивается и делает небольшой глоток.

— За нашу команду, хоть и недолгую, но эффективную.

Поднимаем бокалы. Ахрам последний, с кем я чокаюсь, даже приходится немного тянуться к нему.

— Ну а теперь, может, каждый расскажет немного о себе? Самое запомнившееся приключение или случай. Надеюсь, никто не против?

Сначала, мне кажется, Пашин энтузиазм глупым, и я даже начинаю его стесняться. Когда он вот такой рубаха-парень, ну непохож он на капитана нисколечко. Первым вызывается рассказывать свою историю Карахас.

— Не скажу, что это какой-то из ряда вон событие, но вот не поверите. Запомнился на всю жизнь. Мне тогда было, как вам, ремонтировал я тогда корабль путешественницы с Земли. Красивая такая, а глазищи огромные. И с оружием обращалась лучше, чем все охотники и стражники, вместе взятые. А работал я тогда на маленькой планетке, спутнике Арага. Не знаю, каким ветром её к нам занесло. Налетели на нас пираты, хотели её в рабство взять,а корабль её себе. Так, она в две минуты с ними разделалась. Я такого больше никогда не видел. И её тоже. Даже не знаю, как её звали по-настоящему. Вот такая вот история.

— Замечательная история, – хвалит Паша. – Я бы хотел увидеть такую девушку и узнать, как её зовут.

— Ну? Есть, кто ещё хочет поделиться своей историей?

— Юля, может, ты продолжишь? У тебя наверняка есть много историй, ты ведь на флоте Федерации служила, – обращается к медврачу Паша.

— Так же, как и ты, – отвечает Юля без особой охоты. – Хватит стрелки переводить, сам продолжи, а потом уже я.

— Ну хорошо, – соглашается Паша. – Попробую…хотя из меня рассказчик не самый лучший.

Он делает глоток, несколько секунд смотрит в одну точку на полу.

— Когда я служил, у меня друг был, Васюта. Никто не знал его настоящего имени. Привыкли его так называть. И вот он был для меня всегда примером. Первоклассным солдатом был. Из всех боёв выходил всегда живёхоньким. Даже когда его отряд в ловушку слизней попал, выбрался. Говорили про него, что заговорённый он. Мы верили. А в последнем задании он погиб. Меня закрыл собой. Я это как сейчас помню. И последнее, что он сказал мне, было: “В войне нет ничего героического, Паш. Пока жив ещё, уходи”. Я после этого и ушёл, а его слова на всю жизнь запомнил. В ругани и в борьбе нет правды. Поэтому не хочу, чтобы моя команда ругалась. Лучше жить мирно.

Сколько с Пашей летали, сколько путешествовали, а эту историю слышу впервые. И если его так сильно задели слова погибшего друга, то теперь становится понятнее, почему он всегда на позитиве. Он просто знает цену жизни.

После того как замолкает Паша, все молчат. Никто не хочет нарушать тишину первым.

— Выпьем за твоего погибшего друга, – нарушает тишину Ахрам. – Как говорят у нас: "Да светит солнце твоему другу по ту сторону Маханы, да пребудет с ним уважение и почитание за правое дело!"