Книга Мой космический дикарь, страница 21 – Лия Валери

— Ого! – шепчу я. – Настоящие хоромы.

И тут же закашливаюсь. Дышать сложно. Одежда вся намокла от пота. Я будто не на корабле, а в сауне побывала.

Ахрам отходит к дальней стене. Когда я подхожу вслед за ним, низ стены отодвигается, открывая вход в комнатку. Там много полочек, но они все пустые.

— СВолочи, грязные мизольские крысы, – ругается Ахрам, остальные слова переводчик отказывается переводить. – Я надеялся, что не найдут тайник.

— Только не говори, что мы зря спускались, – недовольно цедит Пашка.

— Не зря, – огрызается Ахрам.

Он снимает правую полку, в стене скрывается ещё один маленький тайник.

Вижу, как в руках хашийца поблёскивают круглые камешки, он пересыпает их себе в нагрудный карман, туда же прячет банковскую карту.

— Этот тайник они не нашли. Деньги у нас теперь есть, на ремонт хватит.

— Отлично. Теперь за ядром.

— Ядро вышло из строя, – отвечает Ахрам.

— Как вышло? Ты же говорил.

— Говорил. Надеялся, что при падении оно не повредилось. Но данные на панели управления выдали повреждения. В инженерный отсек опасно спускаться.

— Блять, я же тебе поверил, – теперь ругается Пашка.

— Я не предсказатель, будущего не вижу. Хочешь проверить, спускайся. Но я верю датчикам.

— Ну да, конечно…

— Паша, прекрати. Ахрам и так мог бы ничего нам не показывать и не помогать. А ты вечно недоволен.

Графон неприятно пищит, возвещая о приближении утра и восходе солнце.

— Вверх карабкаться будет сложнее. Не стоит задерживаться.

Подъём действительно оказывается сложнее. Я задыхаюсь. Кажется, жара даже лёгкие уже выжигать начала. Хашиец даже вида не показывает, что ему тяжело. И я понимаю, что он бы уже давно забрался, но продолжает медленно подниматься, придерживая меня. Подавая руку, где я не могу дотянуться. Пашка старается не отставать, но ему тоже тяжело.

На космолёт мы поднимаемся с первыми лучами солнца. Мне хочется залезть в ванну со льдом, но вместо этого я сажусь в кресло и направляю космолёт подальше от этого пекла. Руки трясутся от напряжения и не хотят слушаться.

Замедляю ход, только когда вижу вдалеке спасительные горы, где мы останавливались в последний раз.

— Ну что? Что? – в который раз спрашивает Юля.

Но я так устала, что нет желания ни говорить, вообще ничего. Только в душ. И спать.

Пусть капитаны объясняют ей всё, а меня это не касается. Всё, что зависело от меня, я сделала.

Как только захожу в каюту, сдираю с себя комбез, нижнее бельё, которое словно вторая кожа облепила тело. Всё чешется от пота. Мне кажется, от меня воняет за километр.

Иду в душевую, включаю тёплую воду, но после жары она кажется прохладной. Так и стою несколько минут, не шевелюсь. Вода стекает по волосам. Упираюсь лбом в стену кабины.

На душе почему-то так паршиво.

Дверь кабинки открывается и входит обнажённый Ахрам.

Меня буквально парализует.

Как? Как он вошёл? Неужели я забыла каюту закрыть?

— Что ты тут делаешь? – ко мне возвращается дар речи. Я пытаюсь прикрыть грудь и сдвигаю ноги. Может, мы и целовались когда-то, но сейчас кажется, что это было когда-то давно.

— Как что? Пришёл помыться.

— У тебя есть своя душевая, – возмущаюсь я.

— Я не хочу один. Мне нравится быть с тобой.

— А мне не нравится. Я устала. Уходи. Это моя каюта, и я не хочу, чтобы ты входил в неё без разрешения.