Книга Лишняя невеста Волка, страница 26 – Марьяна Снежинская

— Я тебя умоляю. Какая связь? Дом-университет. Тем более вскоре Лоранс переведется в закрытую Академию. Там она будет под присмотром.

— Отлично ты придумал, Леон, — усмехнулась она.

А я сглотнула ком, бросив взгляд на отметину, край которой торчал сверху майки.

Ладошки тут же прижала к ней, стараясь спрятать, чтобы даже стены не увидели ее.

— На что только не пойдешь, лишь бы не лишиться головы.

— Даже на предательство?

— Даже на него!

Это какой-то бред! Все, что происходило внутри нашей семьи и клана.

И ради вот этого отец так рвался в Совет? Хотел иметь там право голоса, для чего? Чтобы стать одним из тех, кого многие презирали!

Никак не мог понять и принять те ограничения, которые Совет накладывал на молодых волков. Мне постоянно хотелось спорить, доказывая, как они не правы. Потому и старался держаться на расстоянии, чтобы семью не подставлять, да не провоцировать Альфу. Но терпение однажды ведь могло закончиться. И казалось, что этот момент все ближе и ближе.

Волк внутри тоже сопротивлялся, рвался в другую сторону и рыкал грозно, когда речь заходила о поиске истинной.

Я не представлял никого до недавнего времени рядом со мной, ну, пожалуй, за исключением этот штучки дерзкой. И то ее фантом появился недавно.

Закрывая глаза, я видел нас, правда не принимал до конца все всерьез. И если отец хотел насильно заставить меня быть с кем-то другим, то ему лучше запастись терпением. Потому что манипулировать собой я не мог позволить, тем более теперь, когда искра вспыхнула и манить меня начали отнюдь не местные красотки.

— Ты куда собрался? — мама заглянула в комнату, приоткрывая дверь.

Из коридора тут же потянулся внутрь аромат кофе и яичницы. Жадно втянул носом, в желудке забурчало тут же. И есть хотелось и одновременно побыстрее из дома.

Не было сил пересекаться с отцом после вчерашнего, тем более вечер накануне, кажется, очень многое поменял в моей жизни.

— На занятия, мам! — побыстрее натянул футболку, стоя к ней спиной.

— Не похоже это на тебя, Ник, — прямо-таки чувствовал ее улыбку.

Она хоть и пыталась поддерживать отца в его решениях, но душой была словно на моей стороне. И ее ранили эти качели, когда желаешь счастья своему ребенку, но вынужден плясать под чужую дудку, подчиняясь тем, у кого власть.

И мама вынуждена была подчиниться, прогнуться, чтобы мы остались на плаву.

— Чем же, — одернул край, повернулся к ней, смотря прямо в глаза.

Они же зеркало души. Мам, ну, покажи, что в твоих? Страх, нежелание быть здесь? Надежда, что однажды у тебя появится право голоса?!

— Обычно ты туда не рвался, а сейчас будто медом намазано.

— Может, и намазано, — пожал плечами, сгребая со стола конспекты. — Я спешу.

— Ник, — схватив меня за руку, улыбнулась мама робко, — у тебя кто-то появился?

Закатил глаза, а волк ощетинился. Не хотелось признаваться и открываться, где-то глубоко внутри я опасался, наверное, что она тут же сдаст меня отцу.

— Если и так. Это что-то изменит?

— Это объяснит, отчего ты резко стал таким упертым.

— Резко? — усмехнулся в ответ.

Ее губы дрогнули, складка пролегла на лбу. Мама коснулась переносицы, замолчав на мгновение.

— Я тоже не в восторге, но эти правила заложены веками.

— Да неужели? И никто их не нарушал? — моя бровь поползла вверх. Я ждал ответа, хотя заранее, кажется, его уже знал. — Да сама, мам, желала бы нарушить, наплевав на табу. Только боишься, страх сковывает, но сильнее тебя пугает не стая, а отец, я не прав?