Книга Хозяйка дома сироток и генерал драконов, страница 37 – Айлин Лин

Наутро, глядя на сияющие лица Дженни и Бена (что смотрелось непривычно, учитывая обычную серьёзность и молчаливость парня), я всё поняла. Парочка, стараясь не обращать на себя наше внимание, с трудом скрывала нежные переглядывания. Я решила не вмешиваться в их личную жизнь, но деликатно поговорить с Дженни. Если она забеременеет, не будучи замужней, местное общество ей этого никогда не простит.

Прихватка с Нормом навестили кузницу и заказали у Свена небольшую крепкую пилу за пару монет. Ребята не стали спрашивать, откуда у меня деньги, хотя на их лицах промелькнуло любопытство.

Пила была нужна, чтобы спилить небольшие деревья для постройки ограждения вокруг дома. Это бы освободило от нужды каждый день находиться в дозоре. Норм рассказал, что забор раньше был, но однажды, когда наступили морозы, а дрова подошли к концу, детям пришлось по частям разобрать ограду, чтобы было чем топить дом. С тех пор, так как не было ни пилы, ни топора, они жили без забора. – Норм, а где двадцать первый ребёнок?

Парень заметно помрачнел, но ответил:

— Ей было десять. Лиззи пропала как раз в один из дней, когда мы начали разбирать ограду. Вечером она вышла во двор, да так и не вернулась. Мы сразу же отправились на поиски, но нашли только кровь на снегу у самого входа в лес. Тогда стало понятно, что искать девочку бесполезно. После того случая мы и организовали постоянный дозор, который несём по сей день. Волки ещё некоторое время бродили у лесной кромки, будто напоминая нам, оставшимся в живых, о произошедшем.

Рассказ Норма произвел на меня сильнейшее впечатление, прибавив желания поскорее возвести новую стену, в память об утерянном двадцать первом ребёнке детского дома.

Мы трудились не покладая рук: рано вставали, поздно ложились. Даже младшие помогали, таская небольшие брёвна и ветки. Так, слаженно и с настроением мы выстроили забор высотой около метра, закрывающий переднюю часть приюта и оставляя небольшой дворик для прогулок и детских игр. Калиткой послужила одна из дверей нежилых комнат со второго этажа. Из нескольких распиленных досок поменьше соорудили довольно мощный дверной засов, закрепив его доброй дюжиной ржавых гвоздей, найденных в сарае. Спилив ещё пару тонких деревьев, парни соорудили для малышей небольшие качели на распорках. На них тут же выстроилась очередь из любопытных ребятишек. Детки, звонко хохоча от счастья, качались, стремясь достать ногами синее зимнее небо и воображая, что у них за спиной выросли настоящие крылья.

Солнечные дни стали чаще радовать своим теплом. Просёлочная дорога, что вела от нашего дома к городу, стала влажной и скользкой – по ней то и дело пробегали тонкие нити ручейков талой воды. Привычную морозную тишину нарушили весёлые трели возвращающихся птиц и звон пробудившейся ото сна реки.

Первая капель была похожа на несмелые поцелуи, которыми природа пробуждала всё вокруг. Первые травинки пронзили рыхлый снег, а вместе с ними отогрелись и наши озябшие сердца. Пришла весна.

Я стояла на узком крылечке приюта и, прикрыв веки, наслаждалась ласковым солнышком. Вдруг благодатную тишину разорвал утробный душераздирающий рёв, от которого будто дрогнула сама земля. Сердце моё сжалось в тревоге, а взор устремился к стоявшему плотной стеной лесу.