Книга Будь моей парой, страница 77 – Юлианна Клермон

— Нет, всё в порядке, - пробормотала я, с силой сжав руку девушки.

Нет! Запрет! Табу! Не вспоминать! Остановить, вырвать из груди и выкинуть в мусорное ведро предательски ноющее сердце, чтобы больше никогда - никогда! - не думать о том, кого не в силах забыть.

Дамир Ортан

"Вернись! Вернись, прошу!.." - я метался в бреду, по лицу градом катился пот, волосы слиплись, дыхание вырывалось из груди хриплыми стонами.

Сильва, моя медовая девочка, снова убегала от меня, растворяясь в тумане. Я пытался сдвинуться с места, но ноги будто приросли к земле. Мышцы напрягались так, что я почувствовал, как на шее вздулась вена. Отчаянные бесполезные потуги...

Я резко дёрнулся и сел.

Снова этот сон. Один и тот же на протяжении года. Триста девяносто восемь дней, как Сильва исчезла - из больницы, из города, из моей жизни... Триста девяносто восемь ночей и снов о том, как я пытаюсь её остановить.

В тот самый поганый день моей жизни, после безуспешных поисков по городу и звонка господина Самерса, я решил, что больше не буду её искать, мучить ненужными признаниями и добиваться любви или, хотя бы, прощения.

Она исчезла. Это был её выбор, и я пообещал себе, что приму его. Я честно пытался. Но не смог. Каждый день выискивал её глазами в больнице, в толпе, на улице - всюду. Но не находил. И убеждал, убеждал себя оставить её в покое и дать покой своему уставшему сердцу. Но проигрывал снова и снова.

А по ночам метался в кровати и звал - до хрипа, до боли в горле, до изнеможения. Но она молча смотрела на меня своими невозможно красивыми светло-зелёными глазами, осуждающе качала головой и упрямо поджимала нежно-коралловые губы. А потом разворачивалась и уходила, исчезала, не давая мне даже шанса.

— Доктор Ортан! Вас вызывают на совещание, - в ординаторскую ворвалась Лида, медсестра из интенсивной терапии.

Я устало потëр лицо, встал с неудобного жёсткого диванчика и подошёл к раковине.

— Передайте, что я сейчас приду, - сказал и плеснул в лицо холодной водой.

Нестерпимо ныли все мышцы. В больнице, где мы работали с Сильвой, мебель была хоть и не новая, но более удобная. Сюда, практически на север, на периферию, я перевëлся через несколько недель бесплодных попыток оставить мысли о рыжеволосой бестии. Надеялся, что в чужом городе, где ничего не напоминало о девушке, мне станет легче.

Да, может быть днём так и было - новые впечатления и повышенная нагрузка на работе отвлекали, не давая скатиться на дно отчаянья. Но стоило закрыть глаза, как передо мной, словно вживую, снова всплывал знакомый силуэт, и на меня осуждающе смотрели любимые глаза.

Толкнув дверь, я вошел в кабинет заведующего клиникой, привычно задержав взгляд на его массивном столе, заваленном бумагами.

— Вызывали?

— Проходи, Дамир, присаживайся, - кивнул господин Алиа́н, устало откинувшись на спинку высокого кожаного кресла. - Есть разговор.

Устроившись напротив, я мельком взглянул на дверь.

— Совещание, я так понимаю, пройдёт в узком кругу?

— Правильно понимаешь, - он чуть склонил голову и нахмурился. - Как ты относишься к возможности отправиться в командировку?

Я удивлённо вскинул брови.

— Кого-то здесь не устраивает моя кандидатура?

— Нет, ну что ты!.. Наша администрация до сих пор никак не нарадуется, что ассоциация "Мировые лекари" наконец-то начала обращать внимание на небольшие медучреждения и прислала нам тебя.