Книга Вдохновение с побочкой, или Через строчку – в другой мир, страница 2 – Юлианна Клермон

Язык мой – враг мой. Прикусив врага, я захлопнула рот. Будем надеяться, что не переборщила.

— Сумку, – повторил он чуть медленнее и тише.

Если вы думаете, что мне от этого стало легче, то глубоко ошибаетесь. Когда наш драгоценнейший начбез начинает говорить вкрадчиво и почти ласково, это может означать только одно – у объекта его внимания сейчас начнутся очень большие проблемы.

Я тяжело вздохнула и протянула свой несчастный аксессуар.

Разумовский молча взял сумку и, не сводя с меня цепкого взгляда, расстегнул молнию. Ощущение было такое, будто сейчас он не женскую сумочку будет проверять, а вскрывать сейф с секретными документами.

Я скрестила руки на груди и подняла бровь.

— И что в этот раз надеетесь найти? Пресс-папье или бумагу для принтера? А может, маркерные доски?

Меня несло не по-детски. Однозначно, от голода. Сотрудник, оставшийся без обеда, к вечеру имеет реальные шансы кого-нибудь съесть.

Мужчина привычно вытряхнул всё содержимое на стол, а я скрипнула зубами. Портмоне, ключи, леденцы в боковом кармане, блокнот с моими заметками (книгу же кто-то должен писать в свободное время) – всё подверглось тщательному осмотру.

— Ну что? Нашли улику? – усмехнулась я, а он невозмутимо предъявил мне... скрепку.

Я моргнула.

— Вы серьёзно?

— В прошлый раз это была ручка, – бесстрастно напомнил он, а я так и представила заголовки в вечерних новостях: «Кража века! Сотрудница бухгалтерии тайно вынесла триста грамм канцелярских скрепок».

Я посмотрела на него. Потом на скрепку. Потом снова на него.

— Ой, нет! – я картинно схватилась за голову. – Всё пропало! Вы меня разоблачили! Признаю́сь! Да, это я! Я планировала разорить нашу организацию – выкрасть всю канцелярию, чтобы потом продать её на чёрном рынке канцтоваров!

Разумовский даже не моргнул.

— Значит, сознаётесь?

— Абсолютно. Я веду подпольный бизнес по продаже скрепок на вес. Вы, наверное, не в теме, но рынок огромный, и спрос просто бешеный. Буквально с руками отрывают!

Я замолчала и, покачав головой, с деланым драматизмом сложила руки на груди. Абсурдность ситуации зашкаливала. Неужели ему за полгода не надоело меня доставать?

— Глеб Сергеевич, ну Вы же умный мужчина. Неужели сами не понимаете, как это смешно?

— Мне не смешно, – отчеканил он и медленно разжал пальцы.

Скрепка упала на пол, а я раздражённо выдохнула и закатила глаза.

— Что ж, тогда предлагаю вызвать подкрепление, оцепить здание и позвонить криминалистам. Вдруг на этой скрепке отпечатки пальцев целой банды моих сообщников, а у сумки двойное дно, и при более тщательном обыске под подкладкой обнаружится кофемашина?

Охранник на входе едва сдержал ухмылку.

— Дерзите, Маргарита Андреевна, – мой мучитель склонил голову набок и прищурился, изучая скептическое выражение на моём лице.

— Да уж, ужас какой. Отправьте меня за это в канцелярию строгого режима, – я демонстративно подставила запястья. – Или, в назидание остальным сотрудникам, казните посреди офиса, до смерти закидав ластиками или отрубив голову канцелярским ножом.

Разумовский тяжело вздохнул и поглядел на меня так, словно в глубине души всерьёз подумывал о том, чтобы и правда то ли отправить меня куда-нибудь подальше, то ли придушить на месте.

— Идите уже, – бросил он наконец и, не дожидаясь моей реакции, развернулся и направился к лифту.