Книга Вдохновение с побочкой, или Через строчку – в другой мир, страница 116 – Юлианна Клермон

Начбез стоял посреди холла, встречая всех выходящих из лифта сотрудников. Мужчины проходили беспрепятственно, а вот женщины… Женщины выходили из лифта, становились в очередь и, подходя к столу, покорно высыпали на широкую столешницу содержимое своих сумочек.

Я тоже встала в очередь и медленно двигалась вперёд, с ужасом наблюдая, как на столе растёт гора скрепок, ластиков и карандашей. Причём каждый раз, когда очередная женщина выкладывала свою «добычу», Разумовский одобрительно кивал, улыбался и отпускал её со словами:

— Отлично! Всё это я продам на чёрном рынке канцтоваров.

Наконец, настала моя очередь. Я подошла к нему, и улыбка сползла с его красивого лица, а вместо коричневой радужки в глазах заплескался расплавленный серебристый металл.

— Маргарита Андреевна, – сурово сведя на переносице брови, холодно произнёс СБ-шник. – А что сегодня у Вас? Надеюсь, Вы меня порадуете?

Я с трудом отвела от него глаза, перевернула сумку, и из неё на стол выпала... кофемашина.

— Как так?.. – уставившись на неё, растерянно пробормотала я. – Она не могла... Это не я. Честное слово.

Разумовский цинично усмехнулся, и серебро его глаз пригвоздило меня к полу. Он шагнул ближе, навис надо мной ледяной глыбой, схватил за запястье и тихо спросил:

— Ну что, Рита, казнить нельзя помиловать?

А потом резко дёрнул на себя.

Я закричала, дёрнулась… и проснулась.

РитаМарго

Я резко села и тяжело вдохнула тёплый летний воздух. Сердце бешено колотилось, а мысли путались.

Где я?

Что происходит?

Несколько секунд ушло на осознание.

Другой мир. Лес. Лагерь.

И никакого Разумовского с его претензиями.

— Лекс?.. – хрипло выдохнула я и быстро огляделась.

В мягкой импровизированной кровати я была одна.

Немного в стороне горел небольшой костёр. Возле него, тихо переговариваясь, суетились Надина и Карма, а справа от меня, у соседних корней, сосредоточенно склонившись над шитьём, сидела Верина. Иголка в её руках мелькала быстро и ловко, будто женщина была прирождённой швеёй.

Подняв голову и заметив мой растерянный взгляд, она ласково улыбнулась и кивнула:

— Выспалась? Полежи ещё. Алексис сейчас в дозоре, но уже скоро вернётся.

Я выдохнула, приходя в себя, села удобнее и, откинув край плаща, тут же ощутила, что дневной зной, пришедший на смену затяжной сырости последних дней, под тенью вековых деревьев почти не ощущается.

И вот вроде бы всё в порядке. Женщины спокойно и размеренно занимаются повседневными делами, но ощущение тревоги, оставшееся после сумбурного и сюрреалистичного сна, не проходило. Оно клубилось внутри, заставляя меня то и дело нервно сжимать пальцы.

Я поднялась, подошла к целительнице и, немного смущаясь, присела рядом.

— Верина… Можешь меня просканировать?

Женщина тут же отложила швейные принадлежности и внимательно оглядела меня.

— Ты плохо себя чувствуешь? Заболела?

— Нет…

Я покачала головой, а потом коротко рассказала о том, как Ровенхолд и Рам пытались найти во мне магию.

— Понимаешь, – нервно покусав губу, добавила я, – сначала Рам проверил меня, но так и не понял, человек я или маг. А потом, когда все ушли, герцог вызвал Марго, и они повторили проверку… – я осеклась и прокашлялась, решив умолчать о том, как подло поступил Ровенхолд. – Мне правда нужно понимать, что со мной происходит. После того как история о тролле, которую я придумала, сбылась, пусть и с отклонениями, я уже не знаю, что думать. А они молчат. Но мне… мне нужно знать. Хоть что-то.