Книга Стань моей истинной, страница 47 – Юлианна Клермон

— Знаете, Анадар, мне нужно обдумать всё, что Вы мне рассказали, а для этого нужно время. Нет ничего хуже, чем делать скоропалительные выводы. Когда Вы придёте ко мне с девушкой?

— У Марики есть время в среду в первой половине дня.

— Отлично! Тогда буду ждать вас, — сказал профессор, а я встал с кресла и протянул ему руку.

— До свидания, господин Маран!

— До встречи!

Выйдя из лаборатории, я прямиком направился уже знакомой дорогой к полковнику Черку и попросил помощи в поиске пропавших людей.

Полковник был мудрым человеком, поэтому не задавал лишних вопросов, но профессиональное любопытство так и светилось в проницательном взгляде.

— Господин полковник, пока это не моя тайна. Но, думаю, в скором времени я смогу удовлетворить Ваше любопытство, — пообещал на прощание.

— Смею надеяться, Анадар, — понятливо усмехнулся Черк.

И мы распрощались.

Марика

Утром меня разбудила Сильва.

— Рика, давай, вставай! Через час экзамен!

Я подскочила с кровати, как ужаленная:

— Блин, я не слышала будильник!

Подруга носилась по комнате, умудряясь одновременно заваривать чай, расчёсываться и периодически поглядывать в конспекты, веером рассыпанные по столу.

— Я ничего не помню! Провалю экзамен, как пить дать! — время от времени восклицала она, потрясая в воздухе сжатыми кулачками.

— Да успокойся ты, сдашь, — подбодрила я, натягивая халат и, взяв купальные принадлежности, направилась в душевую.

За три года я привыкла к подобному поведению девушки. Каждый раз перед экзаменом еë охватывал жуткий мандраж, зато потом Сильва тарабанила ответы, как пулемёт. При этом выглядела и чувствовала себя абсолютно уверенно. В этом вся Сильва — все нервы вытреплет за дверьми аудитории, а потом можно задавать ей любые провокационные вопросы, она будет спокойна как танк.

Несмотря на беспорядочные метания подруги, мы собрались вовремя, и даже успели позавтракать.

— Ну, боги с нами, — сказала подруга, выходя из комнаты.

— Прорвёмся, — ответила ей и мысленно помолилась.

Как я и говорила, весь мандраж Сильвы испарился, едва она переступила порог учебного класса. А я так и вовсе почти не волновалась. Может быть, поэтому, не выбирая, взяла со стола билет и с удовольствием отметила, что знаю его довольно-таки неплохо. Сильва тоже расслабилась, едва взглянула на свои вопросы.

Через час, довольные собой, мы выходили из здания колледжа.

— Осталось пережить ещё два экзамена, и всë — воля вольная, — восторженно восклицала Сильва. — Боги, боги, дайте нам сил!

— Не переживай, подружка, сдадим. Не мы первые, не мы последние, — покивала в ответ.

Подойдя к остановке и дождавшись нужной маршрутки, мы поехали искать могилы моих родителей.

В администрации кладбища никаких препятствий нам чинить не стали и быстренько сообщили номер ряда и ме́ста, где похоронена супружеская пара Сатт.

Купив ярко-синий букетик незабудок у благообразной старушки, торговавший цветами прямо у ворот кладбища, мы прошли внутрь.

— Как ты? — тихо спросила меня подруга, пока мы шли между рядами.

— Надеюсь, что нормально, — пожала плечами. — Думала, будет намного хуже, но — нет. Видимо, всë, что могло перегореть, уже перегорело.

Вскоре мы подошли к двойному памятнику. С фотографии нам счастливо улыбалась молодая пара. Женщина чем-то была похожа на меня. Такие же разметавшиеся по плечам каштановые кудри и зелëные в чёрную крапинку глаза. Её обнимал молодой голубоглазый мужчина. Его тёмно-русые волосы были немного растрёпаны, будто с ними поиграл ветерок.