Книга Мы друг друга не выбирали, страница 98 – Марина Кистяева

На нее, на него. На их обоих.

Леша прикрыла глаза. Это же невыносимо! Он мучается, она мучается, и нет конца этому замкнутому кругу. Правильно… Потому что круг это. Не прямая…

Они перебрались в гостиную. Как раз вовремя. В домофон позвонили. Рустам пошел встречать доставку. Леша еще раз огляделась по сторонам. Красиво и… холодно.

Она обхватила себя за плечи.

— Ты замерзла? Что-то не так?

Рустам метнул на нее взгляд, сам же принялся раскладывать продукты.

Леша подошла к нему.

— Где тарелки?

— Там. – По его лицу снова пробежала тень.

Сожалел ли он о признании?

Оно звучало в голове Леши, как бы она ни пыталась абстрагироваться.

Одно дело предполагать, о чем-то размышлять. И тут услышать…

Они пообедали. Леша порывалась что-то сказать о родителях Рустама, каждый раз слова застревали в горле. В конечном итоге она негромко произнесла:

— Еще раз с днем рождения тебя.

После этих слов Рустам встал и достал вино.

— Туплю. Надо было сразу.

— Обед же. – Она попыталась возразить.

Он поставил перед ней бокал. Плеснул в него вина. То же самое повторил со своим. Потом приподнял, отсалютовал и выпил.

Тревожный колокольчик задребезжал в сознании Алексии.

Потом не предъявишь ничего Рустаму. Она сама пришла…

Они уснули. Да-да, оба. Как так получилось – хороший вопрос. Но факт оставался фактом.

Негромко работала плазма. Было тепло и уютно. Алексия еще дремала. Сознание возвращалось медленно, нехотя. Проснется – надо будет что-то делать, о чем-то думать. А так… Хорошо было.

Она помнила, что уснула на груди Рустама. В какой-то момент глаза закрылись сами. Помнила мысль – ну и что, пусть. После обеда и сладкого вина они перебрались на огромный диван. Почти не разговаривая.

Просто легли. Включили плазму и оба уснули.

Рустам не лез к ней, наверное, это и подкупило. Усыпило ее спокойствие.

А сейчас… Он проснулся первым. Она отчего-то это знала. Сначала Алексия почувствовала его руку, крепко обхватившую ее талию, потом ровное дыхание у самого виска. Губы Рустама почти касались ее шеи.

Она затаилась, прислушиваясь к себе. Отторжения не было. Страха, как ни странно, тоже.

Было легкое покалывание по коже. И тепло.

Алексия осторожно приподняла взгляд и наткнулась на его глаза.

Темные. Горячие. Одержимые. Вот какие у него были глаза. Вот, что плескалось в них.

Точно. Одержимые. Как она раньше не поняла. Он одержим ею… Это не любовь. Совсем не то.

Он смотрел на нее так, будто хотел прожечь насквозь. Будто за эти часы что-то внутри него окончательно сорвалось с цепи.

Она молчала. Смотрела и лихорадочно думала.

Думала… думала…

Он тоже сначала молчал.

А потом грубовато выдал:

— Хочу тебя. Пиздец…

И перевернул ее на спину, прижал к дивану всем весом. Масштаб происходящего обрушивался на Алексию, придавил.

Но она не оттолкнула Рустама. Нет. Продолжала смотреть.

И он каким-то шестым чувством, едва ли не звериным, почувствовал ее изменения. Глухо застонал и начал целовать. Впился в нее теплыми губами и сразу языком толкнулся внутрь.

Леша позволила. Она приказала себе расслабиться. Так надо. Кровь в венах нагрелась до максимума

Его губы жгли. Зубы слегка царапали ее нижнюю губу, язык настойчиво ласкал ее. Нет – брал. Это более точная характеристика.

Алексия попыталась отстраниться, но он лишь сильнее впился пальцами в ее кожу. Его рука легла ей на живот, пальцы распластались, захватывая больше территории.