Онлайн книга «Мы друг друга не выбирали»
|
Девчонки, которые уже спали с парнями и позволяли со школы разные пошлые шалости, говорили, что страшновато иногда бывает. Но «типа надо перетерпеть». Ага, надо. Надо, наверное, когда ты постарше! Когда готова к сексу. Когда рядом с тобой любящий и любимый человек, которому ты безоговорочно доверяешь и с которым хочешь быть, не вопрос. А тут… Тут не пойми что. Алексия облизнула пересохшие губы и приготовилась. Надо расслабиться, не сопротивляться. Но и не поощрять. Пусть трогает и валит ко всем чертям! Мужские руки сжали бедра Алексии. Сильно. Она отчетливо ощутила все десять пальцев. — Ты мне синяков наставишь, – прошипела тихо-тихо. И сразу же хватка ослабла. Он слышал ее и… не слышал. Почему так?! Сердце трепыхалось в груди. Или билось в горле? Алеша уже мало что соображала. Пальцы Умарова дотронулись до ее трусиков. Сейчас… Сейчас… Да. Сейчас. Он потянул их вниз. Алешка, действуя чисто на инстинктах, схватилась за них. Или за кисти Рустама?.. Тот отреагировал сразу же: — Руки убери, Леш. Его голос звучал на удивление тихо. Или это яростный стук сердцебиения заглушал другие звуки. Но продолжение она расслышала: — Пожалуйста… Последнее слово резануло по нутру. По нервам. Тяжелая пульсация прошлась по всему телу. Алексия поджала пальцы на ногах. Почему, черт побери, она тоже реагирует на его слова? Когда он вот так говорит? Почти по-человечески. Если бы еще при других обстоятельствах… Алексия подчинилась, убрала руки. И сразу же холод коснулся ее лона. Трусики спустили до колен. Хорошо, что не снял. Этого оказалось достаточно. На таком же рефлексе Алексия приподнялась. Зачем – тот еще вопрос… Она уставилась на Рустама. Плечи напряжены. Кадык нервно дернулся. Его ноздри хищно дрогнули. Он же… Он ее не нюхает?! Алексия готова была провалиться от стыда. Не в силах вынести этот сюр, она спрятала лицо в ладонях. Никакого удовольствия прикосновения Рустама не несли! Это бред все! Разговоры про «предающее тело». И женщин, что вспыхивают, как спички, стоит им оказаться в постели с ненавистным, но «красивым, как греческий бог» врагом. Он трогал ее сначала поверхностно. Она ощущала, как он проводил пальцами по ее складкам. Слышала его сбитое дыхание. Тяжелое, тягостное. Оно оседало на ее коже. Алексия просто лежала. Пусть… трогает. Урод. Ирод. Гад. Как же она его ненавидела. И себя… Себя тоже. За некую слабость, за то, что в прошлом где-то дала слабину. В настоящем, наверное, тоже. Она не хотела всего этого… Она хотела на ручки. Чтобы ее погладили, успокоили, сказали, что все будет хорошо. А становилось все только хуже. Его пальцы не давили. Скорее, гладили. Но это же только начало. Понимаете? Как было «началом» вчера. Раньше он не пытался к ней прикоснуться. А сегодня? А завтра? Что будет завтра… Появился неприятный звон в ушах. И он все усиливался с каждой проходящей секундой. — Рустам… — Что? Его пальцы открыли ее складки. — Рустам, хватит. – Она, кажется, начала задыхаться и сделала то, что сделал он чуть ранее. Выдохнула: – Пожалуйста. Его пальцы замерли. — Хватит? – прохрипел он. — Да… Она была почти уверена, что он не услышит ее. Что вставит пальцы в нее. И начнется… Точнее, продолжится. Но нет. Давление на лоно исчезло. Алексия даже не успела вздохнуть с облегчением, как ее трусики вернули на место. |