Книга Мы друг друга не выбирали, страница 27 – Марина Кистяева

Рустам продолжил ласкать узкий кусок кожи. Пальцами очерчивал, пробовал. Узнавал. Пальцы горели, пылали. Точно он не к девчачьей коже прикасается, а к огню.

Нежная какая…

Ничего-ничего… Придет час, и он ее получит. Всю. Сожрет. Заклеймит. Своей сделает. Утолит, наконец, долбаный голод, выжирающий его изнутри.

Алексия что-то пробормотала ему в ладонь.

Он, не чувствуя себя, не чувствуя ног и тела, сделал шаг назад, предупреждающе мотнув головой.

Нет.

Не сегодня.

— Иди в дом, – распорядился он надсадно. Голос тоже не слушался его.

Дважды Лешке повторять не пришлось, рванула к двери, точно за ней гнались черти.

Может, в ее понимании Рустам таковым и был. А то и похлеще.

Он шел к лифту, а его штормило. Как пьяного.

Еще ладони пекло. Жгло. В тех местах, где соприкасался с Лешкой.

Умаров проигнорировал лифт. Спустился по лестнице и задержался в коридоре. Башкой в стену уперся.

* * *

Алексия ворвалась в квартиру так, точно за ней гнался сам черт.

Отпустил…

Умаров снова ее отпустил. Только почему не радуется и нет облегчения?

Ответ лежал на поверхности.

Он.

Ее.

Тронул.

Впервые...

По-настоящему.

Прикоснулся.

Эта мысль била Алексию по вискам. Рубикон перейден. Что дальше?

— Маша ушла?

Голос мамы, доносящийся из спальни, немного сбил с мысли.

— Да, мам.

Алексия прикрыла глаза и постаралась успокоиться. Надо собраться, улыбку на лицо натянуть… Что-то этакое сделать с собой, чтобы перестала трястись.

Но шок не проходил.

— Надо было на чай ее пригласить...

— Я же говорю, спешила она. Ты температуру мерила? Спала?

Она направилась в ванную. Сейчас лучше матери на глаза не показываться. Сразу поймет. Разволнуется, и станет хуже.

— Тридцать семь и пять.

Уже не тридцать восемь и семь... Алексия уперлась руками в край умывальника.

Она соврала маме, не сказала, что ее ждал Рустам. У мамы к нему было двоякое отношение. Иногда Алексия была уверена, что она на ее стороне, что поддерживает и не даст в обиду. А иногда ей казалось, что мама спит и видит, как бы породниться с Умаровыми. Ведь тогда раз и навсегда можно забыть о невысокой зарплате, ночных сменах, постоянно поднимающейся коммуналке.

Мама наивная... Какая родня! Вроде бы взрослая женщина, а верит в сказки.

Во-первых, у Рустама наверняка есть невеста. Еще в детстве сто процентов обручили. У них так принято. Алексия никаких таких разговоров не слышала, но была бы искренне рада! Потому что в этом случае, если не жена, то тесть бы точно повлиял на зятя.

Во-вторых, и самых главных. Она не могла представить, что она и Рустам... Бр-р-р... По телу пошли холодные мурашки.

Парадоксально, но то место, где он к ней прикасался, жгло. Как при аллергии.

Алексия поймала свое отражение с грустной улыбкой.

Алексия спала плохо. Она несколько раз за ночь вставала и подходила к матери. Да тоже не спала.

— Мам, давай скорую вызовем.

— Зачем?

— Мам, как зачем? Тебе же плохо!

— Уже лучше.

На тон мамы говорил об обратном.

— Ты же медик! Ты не можешь не понимать что...

— Леш, не кричи. – Мама прикрыла глаза. – Пожалуйста.

Алексия сжимала кулаки в бессильной обиде. Она хочет помочь! Она не может стоять и бездействовать.

— И не думай вызывать скорую за моей спиной. – Елена Викторовна опередила мысли дочери. – Завтра выходной, отлежусь.