Книга Мы друг друга не выбирали, страница 109 – Марина Кистяева

Вместо этого он медленно притянул ее к себе, обняв так крепко, что она могла чувствовать каждый мускул его груди, каждый удар его сердца, бьющегося едва ли не в унисон с ее собственным. Его пальцы впились в ее спину, в тонкую ткань топа. Сверху она накинула теплый пиджак, он забрался под него, что было вполне логично.

— Рус…

— Тс-с…

Она задержала дыхание. Ладно… Пусть трогает.

Ему реально надо.

В клубе народа было, конечно, поменьше, чем в прошлый раз. Но немало. Сегодня клуб был только для своих, для приглашенных. Воздух пропитался дорогими духами, дымом сигар и ароматом свежесрезанных цветов, стоящих на каждом столике и даже на краю танцпола, где уже двигались в такт тяжелому биту тела, подсвеченные неоновыми вспышками.

Повсюду мелькали знакомые лица. Элита их района. Дети министров, банкиров, Леша заметила и пару известных актеров, приглашенных или вести вечер, или развлекать гостей. Были и спортсмены, непринужденно позирующие для селфи.

Алексия чувствовала себя неуютно. Будто надела чужое платье, красивое, но не по размеру, жмущее в плечах и слишком длинное, путающееся в ногах.

Рустам не отходил от Алексии ни на шаг, его присутствие ощущалось слишком плотно. Его рука, лежавшая на ее талии, властно направляла ее движения, не оставляя возможности отдалиться даже на мгновение. Он был именинником, центром вселенной этого шумного празднества, и она была его избранным трофеем, который следовало демонстрировать всем, но никому не позволять приблизиться. Стоило кому-то задержать на ней взгляд или сказать комплимент, зачастую дурашливый, ниочемный, как он тотчас напрягался.

Алексия пыталась соответствовать. Уголки ее губ напряженно приподнимались, складываясь в подобие улыбки, когда кто-то обращался к ним, но это было лишь жалкое подражание веселью, маска, которую ей не терпелось сдернуть.

Сам Рустам принес ей вина. Значит, сегодня снова можно... Как интересно. Лешке хотелось бы не иронизировать, но ни черта не получалось. Ее взгляд, терявшийся в сверкающих диско-шарах, был пустым и отрешенным, в то время как она механически подносила бокал с теплеющим от руки напитком к губам.

Поздравления, поздравления и еще раз поздравления. К Рустаму постоянно подходили люди.

В какой-то момент они остались вдвоем. Алексия выдохнула.

Как оказалось – рано.

— Устала? – вроде как заботливо спросил Рустам.

— Не то чтобы… Непривычно.

Рустам поднялся с дивана, на котором сидел.

— Пошли.

Он протянул ей руку.

Алексии уже не нравилась эта затея.

— Куда?

— В кабинет провожу тебя. Отдохнешь.

Снова?..

Где Алексия допустила ошибку? Когда ее бдительность притупилась? Или она знала, что Умаров захочет остаться с ней наедине.

Он не соврал. Он проводил ее до кабинета.

И даже собирался оставить одну.

Она видела, как он замешкался. Видела сомнения на его лице.

Ну же… Ну же! Уходи. Дай ей час тишины или свободы!

По его лицу прошла рябь.

А потом Рустам шагнул к ней.

— К черту все.

Леша не успела среагировать, как оказалась в его руках. Он вжал ее в себя.

— И твой долбаный мейкап тоже к черту.

Он набросился на ее губы. Тоже ожидаемо… Какие ласки, какая нежность. Его несло. Леша всю неделю готовилась к нечто подобному.

И оказалась неготовой. Он зафиксировал руку в основание шеи Алексии сзади, не оставляя ни малейшей возможности отстраниться. Его губы нашли ее губы с какой-то судорожной, ненасытной жадностью, это не было поцелуем, это было поглощение, притязание на ее воздух, ее пространство, ее саму.