Книга Консильери, страница 67 – Пайпер Стоун

Это само по себе приведет к падению акций, инвесторы разойдутся направо и налево. И если нас обвинят в какой-либо незаконной деятельности, мы можем попрощаться со своей свободой. Кто бы это ни сделал, он является блестящим бизнесменом, а не таким тупым головорезом, как Альтуро.

— Жарко. Влажно. Бесяще. Прекрасная июльская погода.

Когда Зои вышла из своей спальни на террасу у бассейна, мой член отреагировал так, как всегда реагировал в ее присутствии, напрягшись до такой степени, что у меня заболели яйца. Она намеренно пробежалась пальцами по клавишам пианино, прежде чем пристально посмотреть на меня. Она все еще не садилась за него и ничего не играла, вероятно, нарочно, так как я отшлепал ее на нем. Мне же все еще было трудно принять мои действия, хотя я наслаждался этим каждую минуту.

Методично, с каждым шагом, она спускалась по лестнице, и я, казалось, не мог отвести от нее глаз, пока она убирала полотенце и бутылку воды на один из столиков.

— Видишь. Ты такой же упрямый, как Арман. Как бы то ни было, ты поступаешь правильно, оставаясь там.

Прямо сейчас меня совершенно не волнует, то, что правильно.

— Есть у кого-нибудь какие-нибудь соображения по поводу того, с чем мы имеем дело?

— Пока нет. У меня были люди, которые прочесали все улицы, в том числе и в Техасе. Не было никаких внешних угроз, на улицах ничего. Также не было замечено никаких необычных действий в бизнесе, и я проверил все от Техаса до Ки-Уэста. Кто бы это ни был, он играет с нами.

— А то я не знаю. Это, должно быть, из-за мести. Я чувствую это всем сердцем.

— Согласен, — подтвердил Франсуа. — Нам просто нужно это выяснить.

— Думаю, тебе нужно еще раз поговорить с Жан-Батистом, возможно, наедине. — Арман подозревал, что бывшие враги его отца однажды вернутся, чтобы накинуться на всю семью, тем более что в свое время этот человек был очень жесток в ведении деловых операций.

— Я пытался. Папаша… менее чем склонен к сотрудничеству. Не волнуйся. Он сядет и поговорит со мной. У меня такое же предчувствие. Такое ощущение, что он в общих чертах представляет, кто бы это мог быть. Либо так, либо они с Арманом поклялись хранить эту тайну.

В пизду все это. Всего за пару недель до вечеринки я стал свидетелем краткого разговора Армана и его отца по телефону. Было очевидно, что его отец пытался принудить Армана к чему-то, в чем тот не хотел участвовать. В этом не было ничего необычного, учитывая, что Жан-Батист предпочитал активизировать более прибыльные и нелегальные стороны бизнеса. Теперь же я начал задаваться вопросом, не произошло ли нападение из-за того самого телефонного звонка.

Когда Зои направилась к воде, я напрягся. Я сказал ей, что она может выходить из дома и даже наслаждаться прогулками по пляжу, но когда она это делает, я должен следовать за ней, держа свое оружие вне поля зрения, но всегда при себе. У меня не должно быть страха, что нас обнаружат, хотя я и следил за системой безопасности, проверяя ее по три раза в день. Мне казалось, что мы живем в мыльном пузыре, и в какой-то момент этот пузырь лопнет, а я не смогу это контролировать, и я не смогу защитить женщину, которую я… которую мне было поручено оберегать. Блядь. Я испытывал к ней такие чувства, которые было невозможно скрывать, хотя это именно то, что мне нужно делать.