Книга Консильери, страница 58 – Пайпер Стоун

— Знаю.

Я глубоко вздохнула, открытая крыша джипа позволяла мне вдыхать различные ароматы ослепительных цветов и соленых брызг от близости океана. Мне посчастливилось несколько раз увидеть лазурно-голубую воду, но даже это не избавило меня от сильного беспокойства. Я была удивлена, что он не заставил меня лечь на заднее сиденье. Горький смех готов был вырваться наружу. Я начинала терять самообладание.

Возможно, причина, по которой я оставалась в плохом настроении, заключалась в том, что меня бросили посреди рая с мужчиной моей мечты, а он ненавидит меня. Или, может быть, это я ненавижу саму себя. Когда он перешел на вторую передачу, медленно огибая очередной поворот, я выпрямилась на своем сиденье. Каждая мышца болела, включая сердце.

— Мы уже близко? — спросила я.

— Меньше чем в миле от места. — А еще меня бесила холодность в его тоне, как будто он полностью закрылся от меня. Я чувствовала его раздражение, когда он играл роль моей няньки, вынужденным выйти из решения ситуации. Мэддокс помешан на контроле и всегда был человеком, который серьезно относился к своей потребности владеть ситуацией.

— Я не знала, что у тебя есть собственность на островах.

— Ты многого обо мне не знаешь, Зои. И я уверен, что многого не знаю о тебе.

Это было достаточно правдивое заявление.

— Твой коттедж — это место, куда ты приезжаешь, чтобы обрести покой или, может быть, освобождение от грехов?

Он сделал вид, что подавился, и, поворачиваясь, бросил на меня взгляд.

— Нужно ли мне освободиться от грехов?

— Думаю, что нужно. Все годы, что я тебя знаю, в тебе жили демоны. Похоже, ты не можешь или не хочешь примириться с тем, кто ты есть. Это очень печально.

Я была уверена, что его глубокий выдох был единственным ответом, который я получу. Я была неправа.

— Твоему отцу нравилось приезжать сюда одному и с Рэйвен. Они провели здесь медовый месяц.

— В твоем коттедже?

Конечно, судя по тому, что я видела до и после высадки на контролируемом французами острове, я могла сказать, что это место было настолько же волшебным, насколько и тропическим. Однако я никогда не представляла своего отца как типичного отдыхающего на пляже в шлепанцах. Возможно, я и о нем многого не знала. Вот чего мне стоило то, что я отправилась учиться в другой город.

— Технически, это называется виллой.

Улыбка Мэддокса была пронизана озорством, еще один атрибут, который, была уверена, я больше никогда не увижу. Мое любопытство относительно причины было удовлетворено только через несколько секунд, когда он остановил джип рядом с еще одним захватывающим видом на рай. В тот момент, когда он включил передачу на парковку, я вскочила на ноги, высунула голову из открытой крыши и уставилась на «виллу» с широко открытым ртом.

— Ты что, шутишь?

— Не совсем понимаю, что это значит, — сказал он, заглушая двигатель.

— Это… потрясающе. Я и понятия не имела, что у тебя есть что-то подобное.

— Как я уже говорил тебе, овечка. Ты многого обо мне не знаешь.

Невозможно было адекватно описать потрясающий вид на дом или океанские волны, набегающие на пляж с кристально чистым жемчужным песком, на фоне апельсинов и различных оттенков фиолетового и розового, подчеркивающих уединенную, нетронутую обстановку. Передо мной были широкие ступени из белого камня или бетона, ведущие к узким изогнутым стальным ступеням, покрытым, должно быть, белой эпоксидной смолой. Они вели к двухэтажному просторному дому в стиле, который можно было охарактеризовать только как шикарное уединение на острове. Все вокруг было усажено пальмами и огромными гибискусами разных цветов.