Книга Консильери, страница 140 – Пайпер Стоун

— Вы знали об… об этом…? — спросил Жан-Батист.

— Мы лишь надеялись, папаша, — ответила Эдми.

— Невероятно, — пробормотал Арман себе под нос.

— То же самое говорили о нас, зайчонок. Помнишь? — поддразнила Рэйвен.

Хотя я ценил поддержку некоторых членов семьи, это не означало, что опасность миновала или что у нас с Зои был шанс на успех.

— Она точно твоя дочь, сынок, — проворчал Жан-Батист в ответ.

— Да, это так. Точно. Сильная и очень энергичная женщина. — Арман кивнул, внезапно превратившись в гордого папочку.

— Спасибо тебе, папочка. Может быть, теперь мы сможем стать настоящей семьей. Еще ближе.

— Так и будет. К сожалению, нам нужно уехать в Техас, — сказал Арман в частности мне.

Зои отстранилась.

— Что значит, вы уезжаете в Техас? Я не собираюсь выходить замуж за сына нашего врага.

— Нет, — ответил я. — Однако мы должны разъяснить это ответственному лицу.

— Я не хочу, чтобы ты уезжал. Что, если с тобой что-нибудь случится?

Я взглянул на семью и вздохнул, прежде чем вывести ее из веранды.

— Ну что? Я не хочу, чтобы ты прямо сейчас уезжал.

Я положил руку Зои на поясницу, отводя ее подальше от глаз остальных. Когда она прижалась спиной к стене, и выражение ее лица подчеркнуло ее бунтарскую натуру, мой член запульсировал. Я прижал руку к ее голове, наклонившись так, чтобы только она могла слышать.

— Ты устроила там настоящую сцену, — сказал я ей.

— И я бы сделал это снова, и сделаю, если понадобится. Не меняй тему.

Я поддел пальцем ее подбородок, приподнял голову и заставил посмотреть мне в глаза.

— Во-первых, ты не главная. А я — да. Во-вторых, там твоя семья, люди, которые тебя очень любят. Тебе нужно постараться запомнить это.

— Нет, если они пойдут против тебя. Ты защитил меня. Теперь я собираюсь защищать тебя.

Радость и обожание переполняли меня, и этого было достаточно, чтобы я хотел закинуть ее на плечо и повести наверх, в пустую комнату.

— Послушай меня, детка. Я могу о себе позаботиться. Этот кошмар так или иначе подходит к концу. Но мы должны это сделать.

Зои вцепилась в мою рубашку, умудрившись просунуть палец между пуговицами. Этого простого прикосновения было достаточно, чтобы между нами разлился электрический ток.

— Я знаю, что можешь. Я просто… Я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось.

— Детка. Не стоит меня недооценивать. Я могу быть чертовски могущественным, когда захочу.

На ее лице появилась улыбка.

— Знаю, что это так. Отчасти за это я тебя и люблю.

— Ты останешься здесь под строгой охраной. Да?

— Так и сделаю.

— Если узнаю, что ты ослушалась меня, ты не сможешь сидеть целую неделю.

— Обещания. Обещания.

Наклонившись так, что наши губы почти соприкоснулись, я вдохнул аромат ее духов, боясь, что это будет последний раз, когда мне это позволено. Но дело было не в том, что Арман запретит мне видеться с ней. У меня было дурное предчувствие, что я не вернусь.

Когда я завладел ее ртом и услышал, как она застонала, мое сердцебиение участилось. Она была самой удивительной женщиной, чем-то особенным, и я был благодарен, что мне дали время узнать ее получше. Если это означает смерть, я лягу в могилу, чтобы обеспечить ей светлое будущее.

И я сделаю это с радостью.

Когда я скользнул языком внутрь, она выгнула спину, притягивая меня еще ближе. Нельзя было отрицать наше взаимное притяжение или потребность, которую мы оба испытывали друг к другу.