Книга Принцесса для его Светлейшества 2, страница 98 – Мика Моник

Он смог заполучить свет, получил то, что хотел. Но тогда почему Габриель до сих пор жива и смеется на его руках? Почему она не боится его?

Зависнув воздухе некогда темный, бог посмотрел на нас и ступил на крышу. Габриель дергала его за длинные волосы и пускала пузыри. Нифералл перевел на нее свой полный нежности взгляд, и я увидела в нем тот самый свет.

— Я смею просить вас ободном… — начал говорить он.

Глава 30

Магнус

— Нет! — зло прокричал я, сжимая кулаки. — Никогда!

Я готовился к любому исходу, даже самому неблагополучному. Но то, что произошло не поддавалось разумному объяснению. Я не мог поверить, что это случилось со мной.

Жизнь жестока и решила сыграть со мной злую шутку. Много лет назад я обманом спас принцессу Селену, чтобы женить ее на себе, а теперь видимо должен заплатить сполна… И хоть произошедшее было случайностью я не верил в это. Не хотел и не желал верить!

— Таковы правила. Увы, этого не было в моих планах. Я сам не знаю, что мне теперь делать. — сказал Нифералл прижимая к себе мою дочь.

Я смотрел на него с лютой ненавистью. Он смеет просить руки Габриель потому что спас ее. Мне плевать на волю богов! Плевать на правила и предназначение! Плевать на то, что Нифералл обрел свет и теперь не несет угрозы! Моя малышка никогда не выйдет за муж за это чудовище!

— Ты ее не получишь! — прошипел я сквозь зубы, желая стереть Нифералла в порошок.

Прикосновение к спине послало волну дрожи, и я увидел грустное лицо моей жены.

— Нет не говори этого… — я замотал головой.

— Магнус. Ты некогда сам был на его месте, вспомни. И где ты сейчас? Кто ты? Любовь спасла тебя, спасла нас. Так позволь ей спасти его.

Я опустил глаза, ощущая бьющие через край эмоции. Мысли роились в моей голове, и я пытался сделать выводы. Селена была права. Если бы ее отец дал мне свое согласие в ту ночь, уже тогда я был бы спасен.

Я горько усмехнулся. Теперь я понимаю старика короля, ведь сам оказался на его месте. Но в отличие от него я понимаю, что не вправе препятствовать истинной любви. Не мне рушить порядки, выстроенные столетиями, не мне идти против заветов, не мне решать кого в будущем полюбит моя дочь.

— Ты уверена? — я обратился к Селене.

Роняя слезы, она искренне улыбнулась и сказала:

— Да.

Собрав всю волю и проглотив гордость, я подошел к своему злейшему врагу и тот бережно передал мне Габриель. Оказавшись в моих руках, малышка продолжала тянуться к богу говоря ему несвязные слова. А он смотрел на нее так будто любил. А я… я не верил в то, что он познал любовь. Я сомневался.

— Когда она вырастет ты можешь прийти за ней. Но я возьму с тебя одно обещание.

Нифералл кивнул, всем своим видом выражая понимание.

— Освободи мир от тьмы что ты создал. Исправь собственные ошибки и никогда, ты слышишь, никогда больше не твори зло.

— В этом больше нет нужды. — ответил бог. — Я все осознал и сожалею в содеянном. Будучи глупцом, я думал, что любовь — это вещь. То, что можно взять в руки и с помощью этого обрести могущество. Но все оказалось намного проще. Сила в том, что мы чувствуем, в том, как мы это понимаем.

Я продолжал недоверчиво смотреть в его лицо, но случившееся заставило развеять любые сомнения. Мой демонический образ стал опадать, возвращая прежний облик. С Селеной происходило тоже самое. Тьма тонкими нитями уходила из нас, устремляясь к ее создателю. Такие же нити тянулись отовсюду, из людей королевств, городов.