Книга Бывшие. Ловушка из прошлого, страница 26 – Мика Моник, Ирина Ярова

Солнечные дни продлились недолго. Снова пошел сильный дождь и поднялся ветер. На утро буря наконец стала стихать. Анна сидела на полу, разбирая чемодан — искала теплый джемпер. На дне, под бельём, она нащупала твёрдый угол. Дневник. Она и забыла, что бросила его туда в последний момент, перед поездкой. Старая привычка — возить его с собой, чтобы никто не нашёл дома.

Она достала его, посмотрела на потёртую кожаную обложку. И положила на тумбочку у кровати. Сверху. Не задумываясь. Михаила в номере не было. Он сказал, что уйдет на долго. У него была назначена важная встреча и Анна не спрашивала подробностей. Ведь если он захочет, то все расскажет ей сам.

Поэтому Анна без задней мыли взяла чистые вещи и отправилась в душ.

Михаил вернулся с улицы насквозь промокший. Стряхнул куртку, прошёл в комнату — и замер.

На тумбочке у кровати лежала тетрадь. Он узнал её сразу. Он сто раз видел её на прикроватном столике — когда они ещё жили вместе. Она никогда не давала её читать. Шутила: Там все мои страшные тайны. Он лишь смеялся в ответ.

Он не собирался открывать ее. Честно — не собирался. Просто подошёл, чтобы переложить — куда-нибудь, чтобы не видеть. Но тетрадь раскрылась сама. На середине. На сгибе, измятом, словно её часто открывали именно здесь.

Дата. Ноябрь. Пять лет назад.

Он сразу узнал её почерк. Прочитал одну строчку. Потом вторую. Потом сел.

Там было написано про его мать. Про те разговоры что она вела с Анной — про то что она не его круга, что не достойна его. Там было про то, как Анна не спала ночами. Как искала в его глазах опровержение ее словам — и не находила, потому что он был слишком уставшим, и часто срывался на нее. Там было про то, как она решила, что у них больше нет будущего…

Михаил закрыл тетрадь. Открыл снова. Перечитал.

Что-то внутри него медленно осыпалось, словно штукатурка со старой стены.

Пять лет. Пять лет он думал, что она ушла, потому что разлюбила. Потому что он был недостаточно внимательным с ней.

А правда была в том, что его мать методично разрушала его брак.

И он, не зная всей правды позволял ей это делать. И Анна ушла. Потому что одна несла то, что они должны были вынести вдвоём.

Михаил сидел очень тихо. Дневник лежал у него на коленях. Из ванной раздавался шум воды — Анна была там, и ещё не знала. Не знала, что он только что прочёл. Не знала, что мир, в котором он прожил последние пять лет, только что закончился.

Он провёл ладонью по лицу. И понял, что не знает, что скажет ей, когда она выйдет.

Знал только одно: молчать дальше он больше не может. Им нужно наконец расставить все точки над «и».

Следующие два дня прошли в странной, почти осязаемой тишине. Михаил часто отсутствовал — уходил с утра и решал какие-то свои дела. А по вечерам, когда они оказывались вдвоём, почти не разговаривали — просто садились рядом на диване и смотрели какие-то старые фильмы по телевизору. Чёрно-белые кадры мелькали на экране, герои произносили реплики, которые никто не слушал. Это было похоже на медовый месяц, только начавшийся не с того конца — с усталости, с молчания, с осторожного привыкания друг к другу.

И всё было бы ничего, но он остро чувствовал, что Анну что-то сильно тревожит. В последние дни она была сама не своя.

Нет. Не из-за него. Это было что-то совсем другое. Возможно виной тому была его мать, а может нет. Он не знал, что именно, но чувствовал, что это не просто так.