Книга Бывшие. Ловушка из прошлого, страница 22 – Мика Моник, Ирина Ярова

— Оба на выход, — произнёс он негромко, почти без интонации, но так, что не оставалось ни малейших сомнений: это не просьба.

Лишь на минуту забежав в номер, Анна бросила походный рюкзак прямо у порога — не развязывая, не разбирая — и, почти не переводя дыхания, вышла обратно на улицу. Терять время было нельзя. Такси попалось сразу же, едва она миновала ворота комплекса, — будто поджидало её. Она села на горячее сиденье и назвала адрес участка.

Она была уверена — нет, она просто знала, без тени сомнения, — что Михаил ни в чём не виноват.

Её бывший муж всегда относился к предательству с брезгливостью, почти с физическим отвращением. Вернуться к этой заносчивой грымзе он не мог. Это было бы не в его правилах. Так же, как не было в правилах самой Анны — бросать людей в беде и делать вид, что ничего не происходит.

Выбежав из такси, она побежала в участок, бодро стуча кроссовками по невысокой каменной лестнице. Белокожий участковый нашёлся быстро — он смотрелся совершенно нелепо на фоне загорелых, потрёпанных задержанных, будто сошёл с какого-то другого курорта, где солнца вовсе не бывает. Михаила посадили в отрезвитель вместе с Глебом — два взрослых мужчины сидели за решёткой и буравили друг друга взглядами с нескрываемой злобой. Но стоило Анне появиться в дверях, как оба встрепенулись и тут же возобновили перепалку — словно только её появления и ждали.

— Твоя явилась, — огрызнулся Глеб, демонстративно откидываясь назад. — Ничего, Олечка сейчас быстро всё решит парой звонков.

— Перестаньте браниться, — бросил участковый, не повышая голоса, и повернул к Анне своё невозмутимое, почти пустое лицо. — Я вас слушаю.

— Я приехала дать показания, — сказала она, стараясь говорить ровно.

Мужчина в форме чуть усмехнулся — краем рта, без особого интереса.

— И какие же показания вы хотите мне дать?

— Михаил Воронцов — пострадавший. Почему его держат здесь? Я была свидетелем драки. Он ни в чём не виноват.

Полицейский не торопился с ответом. Он взял с угла стола чашку с кофе, неспешно отпил и поставил обратно с лёгким стуком.

— Вы хотите дать показания? Можно ваш паспорт?

Анна протянула документ и продолжила, не давая себе сбиться:

— Я обладаю медицинским образованием. Уверяю вас: никакого серьёзного вреда никому нанесено не было. Мужчины были не в духе — поругались по-своему, по-мужски.

Участковый полистал паспорт, бросил взгляд на фотографию, потом снова на неё.

— Через три часа увидитесь с господином Воронцовым. Штраф придёт в электронном виде. Спасибо за подробности госпожа Лебедева Я слышал, вы не так давно помогли мальчику, пострадавшему на берегу?

— Да, — Анна закивала, и в этом кивке было что-то почти радостное, невольное. — Я медсестра. Вы не против, если я подожду Михаила Воронцова здесь?

— Присаживайтесь в холле. Там, где паспортный стол, — есть зал ожидания. — Он вернул ей паспорт. — До свидания.

Анна попрощалась и пошла по коридору, сжимая паспорт в руке.

Время близилось к обеду. Она вдруг осознала, что страшно хочет есть — почти болезненно, с лёгким головокружением. Последний раз она ела вчера вечером, ещё в горах. Живот предательски урчал, и она прошла к автомату со снеками и газировкой. Купив шоколадные батончики и две бутылки минералки, она не смогла съесть ни кусочка. Её сердце сжималось. Она сильно переживала за Михаила, потому и решила дождаться его, чтобы вместе поесть.