Книга Вниз по темной реке, страница 90 – Карен Одден

Из кэба выбрался крепкий человек в бесформенной шляпе, и я облегченно выдохнул.

Том Флинн из «Фалкона».

Том не был моим «близким другом», как я напел Харперу, — скорее, хорошим знакомым, да и «Фалкон» весьма отличался от других изданий, вечно рыщущих в поисках скандальных фактов. Особо в этом смысле выделялись «Бикон» и «Рейнольдс» — вот кто со злорадством представлял нас неуклюжим сбродом. Том обладал отличным слогом, был умен, бесстрашен и тверд. Любой факт он проверял дважды, свои источники держал в секрете и, в отличие от Фишела, не давал ходу информации, когда я объяснял ему, почему с публикацией следует подождать. Впервые мы встретились, когда я служил еще в речной полиции. Том тогда не проявил должной осторожности, задавая кому попало острые вопросы о портовых рабочих и профсоюзах. В итоге его деятельность завершилась парой сломанных ребер и размозженной фалангой пальца. Я рассказал ему о людях, которых лучше избегать, и репортер внял моим советам.

Но как он догадался сегодня приехать на Денмарк-стрит? Услышал свистки констебля? Или удачно проходил с утра мимо штаба речной полиции? Том был ранней пташкой — это я знал точно.

Флинн, сунув руки в карманы, подошел ко мне. Он был на голову ниже меня, но крепок и широк в плечах. Яркие зеленые глаза на круглом лице с маленьким носом могли быть жесткими, словно лед. У Тома наметилась лысина, которую он старательно прятал под шляпой.

— Привет, Том!

— Здравствуйте, инспектор Корраван.

Газетчик криво ухмыльнулся — иронически и с легким намеком в глазах, словно мы поняли друг друга без слов. Наверное, так оно и было. По большому счету занимались мы одним и тем же — искали объяснения происходящим событиям, только с разными целями.

— Что вас сюда привело? — осведомился я.

— Видел причалившую к пирсу лодку, — прищурился он. — Видел, как оттуда выносили женщину. «Денмарк-стрит» — ближайший к отделу речной полиции госпиталь.

В логике ему не откажешь…

Я направился к дверям, и Том спросил, припустив за мной:

— Кто она?

— Пока не знаем.

— Где ее обнаружили?

— Ниже по течению, у доков, — ответил я, взявшись за ручку.

— Интересно, каким ветром вас занесло на Уоппинг-стрит? — искоса глянул на меня Том.

Я промолчал, и газетчик поинтересовался, указав подбородком на больничный коридор:

— Блэр там?

В ответ на мой кивок Том поморщился. Блэра он недолюбливал.

— Том, я знаю, что вам нужно написать хотя бы пару строк. И все же: можно пока не упоминать, что пострадавшая жива? Расскажу вам все, как только смогу. — Я сделал паузу. — Вы будете первым, кто узнает, что к чему.

— Не советую тянуть долго, инспектор Корраван, — поджал губы репортер.

— Не буду, — пообещал я.

Он надвинул шляпу и вышел во двор, я же двинулся на поиски Блэра. Завидев меня в фойе, тот насупился, и на этот раз я не стал скрывать раздражение:

— Винсент наверняка захочет быть в курсе событий. Кстати, снаружи бродит Том Флинн. Он видел, как лодка подплыла к пирсу, однако дал мне обещание не рассказывать о подробностях.

По сути, я сделал Блэру одолжение, о котором он не мог попросить Тома сам. Бывший шеф буркнул под нос «спасибо» и добавил:

— Придется подождать, пока ее не устроят.

Наконец к нам вышла молодая темноволосая сестра.

— Пойдемте.

Мы поспешили за ней, миновав несколько переполненных пациентами палат, и наконец попали в большую комнату, разделенную на несколько частей серыми ширмами. В дальнем от нас конце стоял доктор, на ходу делая пометки в истории болезни. Раздвинув ширмы, к нам вышла дородная медицинская сестра. Увидев Блэра, сделавшего шаг вперед, женщина твердо заявила: