Книга Вниз по темной реке, страница 75 – Карен Одден

— Она чуть младше, но… — пробормотал под ухом Стайлз.

— Знаю.

В глазах молодого инспектора я угадал страх. Скорее всего, и он, поглядев на меня, подумал то же самое.

Мы оба боялись, что стали свидетелями нового типа преступления, куда более опасного, чем эпизодические убийства, совершавшиеся в Лондоне. Скотланд-Ярд был не готов противостоять новой угрозе.

Личность погибшей женщины мы установили только через три дня. Могли и раньше, но помешало недоразумение.

Джейн Дорстоун была в гостях у друзей — Ливерингов, где планировала остаться до четверга. Однако в понедельник, сразу после похода в театр, девушка неожиданно решила прервать свой визит. Таким образом, родители Джейн пребывали в уверенности, что дочь гостит у Ливерингов, а те считали, что девушка уехала домой. В четверг Дорстоуны забеспокоились. Отец обратился в участок полиции в Мейфэре, и дежурный направил его к Винсенту, так что мистер Дорстоун прибыл в Скотланд-Ярд, не подозревая, что его дочь уже мертва.

Мы с Винсентом встретились с несчастным отцом в кабинете шефа. Разумеется, начальник восседал за столом, я же стоял у книжного шкафа, откуда отлично видел лицо посетителя.

Мистер Дорстоун был высоким, но довольно субтильным мужчиной. Вялый рот, слабый подбородок. Упав в кресло, он потянул вниз манжеты, словно пытаясь полностью прикрыть кисти рук, хотя портной сшил его рубашку по мерке.

— Приношу свои извинения, однако вам придется повторить рассказ, — заговорил Винсент. — Как вы обнаружили, что дочь пропала?

Мистер Дорстоун поправил усы, обдумывая ответ.

— Мы завтракали, когда пришла записка от Изабеллы. Записка для Джейн. Мы удивились, ведь дочь гостила у нее до сегодняшнего дня. Так что жена решила открыть конверт.

— Письмо у вас с собой? — осведомился я.

Дорстоун пошарил по внутренним карманам, но конверта не нашел и явно расстроился.

— Простите, но я… э-э-э… помню его наизусть. Изабелла спрашивала, не сможет ли Джейн завтра составить ей компанию за ланчем. Еще она поинтересовалась, как там Сидни.

— Сидни?

— Это мой сын, — смущенно пробормотал Дорстоун. — Он… э-э-э… болен. Изабелла его очень любит.

— Сколько лет вашему сыну? — уточнил я, отчего-то решив, что Сидни — подросток.

— Двадцать пять, — ответил Дорстоун, вновь пригладив усы.

Ответ был неожиданным, я навострил уши. Что за странный тон? Виноватый и в то же время пренебрежительный… Надо будет узнать о братце Джейн побольше.

— Что вы предприняли, прочитав письмо Изабеллы? — спросил Винсент.

— Разумеется, поехал к Ливерингам. — Дорстоун склонил голову набок, словно мир перед ним перевернулся и изображение следовало поправить. — Изабелла сообщила, что Джейн уехала еще в понедельник, сразу после театра. Вроде бы к дому друзей подъехал наш экипаж, и кучер передал дочери записку.

— Ваш экипаж? — переспросил Винсент.

— Именно, — надломившимся голосом сказал Дорстоун. — Изабелла в этом не сомневается. Мы держим его в конюшне недалеко от дома. Вероятно, им кто-то завладел, а впоследствии вернул на место.

Неплохо было бы узнать точное время, но…

— По какому адресу находится конюшня? — поинтересовался я.

— Марлтон-юз, двадцать. Это прямо на углу.

— У вас постоянный кучер?

— Да, Джозеф. Но в тот день у него как раз был выходной.