Книга Вниз по темной реке, страница 54 – Карен Одден

— Ее зовут мадам Тереза Бонавелль, мужа — Эдуард. Три дня назад они приехали из Франции. В Лондоне у них живут друзья. Никого из двух мужчин она не узнала, однако один из них говорил по-французски, так что, видимо, преступники догадались, что имеют дело с путешественниками из Франции. Судя по акценту — не англичане. Ростом оба ниже вас, темноволосые, пальто у обоих непритязательные. Обоим лет по тридцать. У одного были усы и борода, у другого — только усы, и еще она заметила у безбородого красную родинку на правой щеке. Кепи он надвинул на глаза.

Я, одобрительно кивнув, обернулся к сержанту.

— Дайте Гарри бумагу, пусть запишет показания мадам Бонавелль. Я тотчас отправлю человека на Пикадилли — вдруг кто-то видел, как двое мужчин уводят с платформы третьего. — Помолчав, пока сержант обеспечивал Гарри всем необходимым, я добавил: — Пусть опишет внешность мужа.

Мальчик сказал женщине несколько слов, и та вытащила серебряный медальон. Слава богу, что кто-то придумал эти побрякушки… Внутри лежал русый локон и маленькая фотография. Бывает, дело о пропаже человека начинаешь с меньшего.

Инспектор Лей отбыл на Пикадилли, прихватив с собой медальон, а женщина, сев на скамейку, устало прислонилась к стене. Я поманил Гарри в боковой коридор.

— Почему не сказал, что владеешь французским?

— Вы не спрашивали, — спокойно ответил мальчик.

— Иногда следует думать самому, — закатил глаза я.

— Честное слово, не думал, что это важно, — сконфузился парнишка. — Ну, еще я умею ездить верхом и ухаживать за лошадьми. Учился на одной ферме в Лидсе.

— Ты что, хороший наездник?

— Не то чтобы наездник, просто люблю возиться с лошадьми. Как-то раз помогал ветеринару, когда тот принимал роды у кобылы.

Ах да, он же хочет стать доктором… Латынь знает. Мальчик с претензиями.

У меня в голове прозвучал звоночек.

Наверное, мальчик поладит с Джеймсом. Кстати, мне так и так следует заскочить в госпиталь.

— Хорошо, — сказал я. — Где твои вещи?

— Все при мне, — указал Гарри на саквояж под скамейкой.

М-да, это и весь его багаж?..

Я внезапно ощутил жалость к мальчишке, вспомнив, как сам очутился на улице с маленьким узелком, в котором почти ничего не напоминало о доме. Но мое сочувствие лишь унизит Гарри.

— Ну что, давай сообразим что-нибудь с ужином, а потом я познакомлю тебя с одним человеком.

Закусывая пирогом в ближайшем пабе, я сообщил Гарри, что по пути домой мы заглянем в госпиталь Святой Анны.

— Зачем? — подозрительно нахмурился он.

— Во-первых, мой друг — Джеймс Эверетт — заведует там отделением. Как любой доктор, он знает латынь, и, думаю, вы с ним вполне могли бы сойтись.

— Значит, вы хотите спихнуть меня к приятелю? — осведомился Гарри.

— Ну, если ты это так называешь… — сказал я, прожевав кусок пирога. — Ты ведь планируешь чем-то заниматься, а работа в больнице куда лучше, чем служба посыльного. Разве не так?

Меня удостоили легким кивком.

— Если не понравится — подыщем что-то еще.

Закончив ужин, я бросил на стол несколько монет, и мы направились к госпиталю.

— А во-вторых? — поинтересовался Гарри, пытаясь приноровиться к моему шагу.

— Что? А… У Джеймса есть пациентка, которую мне нужно проведать.

Я пошел быстрее, желая избежать дополнительных вопросов, и через несколько минут мы уже стояли у ворот госпиталя. На звук колокольчика появился Оуэн.