Книга Вниз по темной реке, страница 104 – Карен Одден

Нужная мне церковь была одним из старинных католических храмов Лондона. Основала его в середине восемнадцатого века королева Анна. Церковь из тех, что мне нравятся — довольно простая, никакой безвкусной лепнины и витражей. Ее тяжелый колокол отзванивал только часы, не расходуя себя на четверти. На мраморной стене у входа высечен указатель к дому призрения, который ничем не напоминал приют для падших женщин. Ну и правильно. Известность несчастным нужна меньше всего.

Я дернул за шнур звонка. Дверь открыла молодая монашка в черно-белом одеянии. Выслушав мою просьбу, сестра прошепелявила:

— Вам лутфе поговорить ф матерью Луифой, только она фейчаф в рафдумьях.

— Больше мне никто не поможет? — спросил я, подавив стон.

— Профтите, фэр, — глянула на меня огромными голубыми глазами монашка. — Вам нуфно поговорить ф ней. Мофете подофдать в ее кабинете.

Меня проводили в белоснежную комнату, единственным украшением которой было деревянное распятие на стене. Большое окно выходило во дворик с садом. Простой стол, три деревянных стула и полка с книгами о мучениках — вот и вся обстановка. Монашка меня покинула, однако рассматривать в кабинете было решительно нечего, и я уселся в ожидании матери Луизы.

Появилась она через час, поприветствовав меня сложенными в молитвенном жесте руками. Должно быть, проводила в молитвах большую часть своего времени, хотя я рассмотрел несколько мозолей на ее пальцах — видимо, приходилось поработать и лопатой в саду. Мать Луиза села, и мы обменялись взглядами. Точно угадать ее возраст было непросто — из-под плата виднелась лишь часть лба и лицо. Скорее всего, за сорок. Умные глаза, проницательный взор, а черты лица — мягкие.

— Чем могу помочь, инспектор?

— Вы наверняка знакомы с миссис Манро…

— О, да. Мы так рады, что она осталась в живых!

— Кто вам об этом сообщил? — невольно вздрогнул я.

Мать Луиза округлила глаза.

— Нет-нет, она действительно жива, — поправился я. — Просто мы старались хранить молчание, не хотели, чтобы преступник снова на нее напал.

Собеседница невольно осенила себя крестом.

— Мне по секрету рассказал об этом происшествии доктор Мастерсон, а я никому больше не говорила. Не сделаю ничего такого, что могло бы причинить вред нашему ангелу.

— Спасибо, — пробормотал я, откинувшись на спинку. — У нас некоторые сложности с расследованием: миссис Манро до сих пор в шоке, и мы не можем с ней побеседовать. Боюсь, мне придется задать вам несколько вопросов ради ее безопасности. — Мне не слишком хотелось выкладывать этот козырь, но помощь матери Луизы была чрезвычайно важна. — Надеюсь, вы не против?

— Конечно же, нет.

— Что вы можете рассказать о ее деятельности? — спросил я, доставая записную книжку и карандаш. — Бывали ли случаи, когда жизнь миссис Манро подвергалась риску?

— Наверное, доктор Форсайт обвинит нас в случившемся, — тяжело вздохнула мать Луиза.

— Судя по нашему с ним разговору — не исключено, — признал я. — Что же касается нас — мы виним лишь преступника. Тем не менее, если миссис Манро когда-либо угрожали или пытались причинить вред, ваш рассказ поможет следствию.

Собеседница, сложив ладони, тронула губы кончиками пальцев и прикрыла глаза. Никак молится? Нет, заговорила.

— Обещайте, что не передадите наш разговор ее отцу.