Книга Под скорбной луной, страница 46 – Карен Одден

— Наконец-то, Корраван!

Судя по тону, Ротерли предполагал, что я спал допоздна, затем неторопливо откушал, после чего прогулялся пешочком на службу. Тем не менее он поприветствовал меня чопорным кивком, показывая, что уж ему-то цивилизованные манеры не чужды, а вот мне следует стыдиться своего поведения.

— Добрый день, мистер Ротерли.

Я не спеша расстегнул пальто. Дух противоречия заставил меня тщательно повесить его на плечики вместо того, чтобы поспешно накинуть на крючок, как я обычно и делал.

— Готовы отчитаться? — осведомился Ротерли.

— Нет. Торопиться не следует, — ответил я, усевшись и сложив руки на груди.

Ротерли, уставившись на меня, остался стоять.

— Корраван, парламентский комитет имеет право точно знать, что случилось и кто виноват.

Бедняга Ротерли… На этот раз мальчиком для битья в парламенте будешь именно ты. Доволен?

Он вытащил из кармана свернутый листок бумаги и швырнул его на стол.

— Вот такое сообщение я получил сегодня утром.

Развернув записку, я прочел:

Ирландец Конвей у штурвала «Замка Байуэлл» представлял несомненную опасность. Изучите его прошлое.

Озабоченные граждане

— О господи…

— Вам известно, что анонимные обвинения не могут быть использованы в качестве улики, — заявил я. — Ярд получает подобные записки десятками, и, как правило, почти все они лишь вводят нас в заблуждение.

— И все же вам следует присмотреться к этому Конвею.

— Мы уделяем внимание каждому значимому факту. И каждому фигуранту дела.

— Я провел небольшое собственное расследование, — сказал Ротерли, сцепив руки за спиной.

А как же…

— Так вот, «Замок Байуэлл» не переложил штурвал влево, потому и не смог пройти мимо «Принцессы», — объявил он. — Углевозу ничто не мешало свернуть к северному берегу!

Разумеется, я мог бы кое-что возразить. Например, у северного берега находилось уже несколько углевозов, ожидающих разгрузки у газового завода. Однако выкладывать козыри рано. Я надел на лицо маску покорного терпения.

— Если вы затянете расследование, это все осложнит — и не только для комитета по крушениям. Для всего города! — Ротерли продолжил, раздувая ноздри: — Людям требуется уверенность, что путешествие по Темзе не представляет опасности. Представляете, как катастрофа затруднила движение на реке? Пробка стоит от Блэкуолл-рич до Баттерси!

— Не сомневаюсь.

— У торговцев серьезные затруднения — они не в состоянии выгрузить товар в порту. А лондонские судовладельцы? А люди, жизнь которых зависит от доставки товаров? — Он указал рукой на восток. — Сто семьдесят кораблей встали в бутылочном горлышке между Лондоном и Ширнессом. Товары испортятся и потеряют в стоимости, если суда не смогут разгрузиться! Тысячи фунтов убытка!

Ага, а тебе предстоит отчитаться перед комитетом по торговле… Судовладельцы и торговые компании открыто выражают свое недовольство — тут и думать нечего. Общеизвестно, что все они пополняют казну претендентов на политические посты. Сегодняшняя пробка может стоить Ротерли места при новых выборах в палату общин.

— А потом… есть ведь вопрос безопасности, — снова заговорил Ротерли. — Из-за этих заторов капитаны судов лишаются возможности нормально маневрировать, что приведет к еще большему количеству инцидентов.

Я продолжал помалкивать.

В кабинете воцарилась тишина, а потом с Ротерли сошел наносной лоск вежливости.