Книга Под скорбной луной, страница 141 – Карен Одден

— Бывает, — признался я. — А ты?

Ма замолчала, а когда заговорила, ее голос был задумчивым.

— Моя мать родила семерых детей. Я никогда тебе о ней не рассказывала?

— Нет.

— До меня родился один ребенок, но умер, так что я была старшей. Потом появилось еще четверо. Все погибли в первый же год жизни от разных болезней. Последним двоим мать даже не стала давать имена. Решила, что подумает об этом в их первый день рождения. Называла их просто «малыш».

Я прекрасно понимал, о чем она говорила.

— Потом родилась Эйлин.

— Мать Гарри…

— Ну да. Наверное, мама могла бы ожесточиться на судьбу, но ничего подобного не произошло. Я за ней наблюдала. Видела, как каждая утрата, каждое испытание лишь укрепляли ее душу, учили тому, что пережить можно все. Сперва-то я этого не понимала, а потом стала замечать, как мама с каждым разом восставала и собиралась с силами.

Я слушал в почтительном молчании.

— Когда мать лежала при смерти, я спросила, считает ли она, что Бог был прав, посылая ей столько горестных испытаний. Знаешь, что она ответила?

Взяв ма за руку, я нежно сжал ее пальцы.

— Бог, по ее мнению, посылал ей не только горе, но и дары, под которыми она подразумевала меня и Эйлин. Так что всем нам очень повезло — ведь мы выжили. Я запомнила ее слова и с тех пор считаю, что любая кроха радости и любви — это Божья милость. — Ма вздохнула. — Но лукавить не буду: сегодня мое сердце разбито.

Ее глаза наполнились слезами, губы задрожали, и она отвернулась к окошку.

Проследив за ее взглядом, я который раз обратил внимание на фотографию покойного Фрэнсиса Дойла, что стояла на полочке у кровати. Да, у ма были дети и множество друзей, был я, и все же она много лет оставалась одинокой. Не имея возможности опереться на мужское плечо, занималась своей лавочкой, вела домашнее хозяйство и стойко переносила большие и маленькие горести, не говоря уж о смерти сыновей.

Ма закрыла глаза, и я вгляделся в ее доброе, измученное заботами лицо.

Подумывала ли она снова выйти замуж после смерти супруга? Что с ней будет, когда Элси уйдет из дома к будущему мужу? Наверное, ма после смерти Колина не слишком желает, чтобы дочь от нее отделялась. Интересно, какие соображения по этому поводу у Имана?

В кухне зажурчала льющаяся из чайника вода, и Элси вошла в спальню с чашкой чая на подносе.

— Доброе утро, любовь моя, — приветствовала ее ма, пристально, но ласково изучая лицо дочери. — Удалось тебе сегодня заснуть?

Я с облегчением подумал, что ошибался: неважно, сколько раз на ма сваливалось горе. Она не сломалась, не потеряла желания жить и вновь собрала себя по кусочкам.

Вучастке речной полиции меня ждали Стайлз и Винсент. Оба выглядели измученными, а Винсент к тому же еще болел, хотя и шел на поправку. Тем не менее аккуратно сложенный носовой платок постоянно был у него наготове.

Часы показывали почти половину одиннадцатого, и я уже собрался извиниться за опоздание, однако при виде хмурых лиц Стайлза и директора на миг потерял дар речи.

— Райли мертв? — наконец выдавил я.

Оба покачали головами.

— О нем пока ничего не слышно, — сказал Стайлз. — Мы распространили листовки по всему городу с обеих сторон реки, добрались даже до доков «Вест-Индия». Охватили все — и вокзалы, и пристани, и даже пабы вдоль Флит-ривер — на случай, если Райли попытается сбежать через подземную канализацию. — Немного помолчав, он продолжил: — С братьями Уилкинсами — то же самое. Копии с их фотографии тоже разошлись по Лондону. Только что отправили сержанта за их матерью.