Книга Барон не играет по правилам, страница 101 – Евгений Ренгач

Этот аргумент сработал.

— Барон Ястребов, вам же чётко сказали — других комнат нет, — произнёс Ростоцкий, выходя из соседнего помещения.

Я улыбнулся. С самого начала я чувствовал его присутствие. Весь этот спектакль был направлен на него.

Как же легко оказалось привлечь его внимание!

— Других комнат нет? А что насчёт комнаты 317?

— Она занята. Там делают ремонт.

— Очень в этом сомневаюсь. Если ремонт там и был, то уже закончился. — Я наклонился вперёд и хитро улыбнулся. — Ну же, граф, придумайте очередное оправдание! Сути оно не поменяет. Комната у вас есть. Только заселять меня туда вы не хотите…

Ростоцкий на пару секунд задумался, а затем кивнул девушкам.

— Оформите переселение Ястребова и Алмазова в 317.

— Но как же ректор… — попыталась спорить брюнетка.

— Скажете, что я разрешил! — Ростоцкий отдал приказ.

Всё необходимое Трио сделали быстро.

Мы уже шли по коридору, когда меня окликнул Ростоцкий.

— Господин Ястребов! Вы же в курсе, что обучение в Академии платное?

Блин! Я так загонялся, что забыл прояснить этот вопрос.

— И сколько?

— Пятьдесят тысяч за семестр, — улыбнулся он.

Внешне я оставался спокоен.

А внутри весь кипел.

Деньги-то приличные! Особенно в моём скромном финансовом положении.

Но выбора нет, придётся найти выход.

— Благодарю за информацию! Обязательно всё вовремя оплачу, — бросил я, не оборачиваясь.

Спустя минут пять мы с Алмазовым уже стояли на пороге новой комнаты.

Апартаменты оказались шикарными. Просторные, чистые, с полностью работающей электроникой и собственной ванной.

И никаких мышей!

— Как у вас тут здорово! — восхитилась Лиза. — И ремонт совсем свежий…

— Как ты узнал, что эта комната свободна? — подозрительно покосился на меня Алмазов.

— Догадался, — хмыкнул я.

На самом деле я, конечно же, ни о чём не догадывался. Я знал наверняка с той минуты, как мы прошли мимо этой комнаты. Прощупал сенсорными способностями и понял, что ремонт свежий, а жильцов там нет.

Отличный вариант!

— Всё, господа, на этом объявляю день завершённым! — Я бросил сумку на пол. — Я устал и требую отдыха!

Лиза намёк поняла и нехотя оставила нас с Алмазовым вдвоём.

Граф странно на меня посмотрел.

— Что? — повернулся я к нему.

Алмазов смутился.

— Ты… Ты просто выглядишь таким адекватным!

— А ты что, ожидал, что я буду бегать по потолку с высунутым языком и пеной изо рта?

— Нет. Но я знал тебя раньше. И ты был той ещё сволочью. Всех кидал, никогда ничего не делал. А ты, оказывается, нормальный парень!

Кажется, раскрылась ещё одна причина неприязни графа.

Он не просто ревновал к моим действиям в Лабиринте. Он помнил прежнего Максима.

И тот ему не нравился.

В этом он не одинок. Прежний Максим, как я понимаю, вообще никому не нравился! Настька и тётя Роза были редкими исключениями.

— Привыкай. Я теперь совсем другой человек.

Алмазов ещё что-то бубнил, но мне уже было без разницы. Я разделся и отправился в душ. С удовольствием постоял под горячей струёй, а затем поменял её на холодную.

Ух, бодрит!

На этом день был завершён. Я собирался растянуться на полу, но решил, что лишние вопросы от Алмазова мне не нужны. Лёг на кровать и моментально заснул.

* * *

Ростоцкий проводил Ястребова и Алмазова взглядом. А затем, когда парни скрылись за поворотом, тихо рассмеялся себе под нос.