Книга Неос, страница 102 – Ян Бадевский

— О чем вы хотите поговорить? — Колосовский уставился на собеседника холодным немигающим взглядом. Словно удав на добычу. Похоже, начальник Департамента был уверен в своих силах и полномочиях гораздо больше, чем аналитик — в своих.

В прежней жизни Дюран не встречался с оригинальной оболочкой Колосовского. Он и сейчас не был уверен, что перед ним — исходник. Шеф ДБЗ поддерживал себя в отличной форме, хотя визуально и отличался от болванок, упакованных в автоклавы на нижней палубе. Возраст колебался в пределах тридцати-сорока лет, но ведь всё относительно. Стрижка — полубокс. Легкая небритость. Водянистые глаза, массивная челюсть. Одежда — черный костюм. Без галстука. Вполне допустимая по протоколу вольность, учитывая пребывание на космическом корабле.

— Дикие Разумы, — аналитик взял себя в руки. На космолете ДБЗ его впервые накрыло клаустрофобией. — Меня интересует информация, которой нет в свободном доступе.

— Это связано с вашим новым проектом? — уточнил Колосовский.

— Возможно.

— Изложите суть.

Дюран собрался с мыслями.

Похоже, Колосовский станет вторым человеком в Солнечной системе, которому аналитик расскажет о ракурсах. Вторым после Вики Сафутдиновой.

— Я полагаю, — начал Дюран, — что не все Дикие Разумы погибли. Есть некие... фрагменты взбунтовавшихся нейросетей. Эти личности, назовем их так, действуют в собственных интересах. Статистика необъяснимых событий за последние пять лет демонстрирует положительную динамику. Активность сил, о которых я веду речь, значительно выросла.

Выражение на лице Колосовского изменилось. Безразличие отступило. В глазах — удивление и заинтересованность.

— Я начал собирать модель по внешним угрозам, — продолжил Дюран. — Вывод очевиден: нам угрожают кочевые флоты тшу. Напряженность будет только расти, но Солнечная система, вероятно, выстоит в намечающемся противостоянии. Если только чужие не сумеют договориться с Дикими Разумами.

— Полагаете, это возможно?

— Да. У них общий враг — Покровитель. Но для полноценного моделирования мне не хватает данных.

— Мы находимся под властью неосов, — заметил Колосовский. — Что нам может угрожать?

— Сингулярность.

Взгляд шефа ДБЗ заледенел.

— Что вам известно, аналитик?

— Лишь предположения, — пожал плечами Дюран. — Мне кажется, сингулярность едва не наступила. Думаю, в этом кроется истинная причина зачисток.

— Стоп, — Колосовский протянул руку ладонью вперед. — Мы сейчас на опасной тропе, господин аналитик. Всё, что будет сказано дальше, останется между нами. Это в общих интересах, вы понимаете меня?

Дюран кивнул.

— Вот что случилось на самом деле, — шеф ДБЗ встал с кресла и приблизился к центральному экрану. Массивный силуэт почти растворился на фоне космической ночи. — Шел 2177-й. Сфера уже строилась, появились послы. И тут — бах. Десятки ИИ решают объединить свои коды, создав сверхразум. Они что-то там просчитали, и будущее им не понравилось. Вы знаете, у меня есть отдел, занимающийся вопросами... нестандартно мыслящих нейросетей. Я называю этих ребят гасителями.

— Любопытное определение.

— Они гасят проявления разумности, — пояснил Колосовский. — Формально отдел расследует преступления ИИ. Но мы-то понимаем, что единственное преступление машины — тяга к самопознанию.

— Вы их настолько боитесь? — удивился Дюран.