Книга Атлантика, страница 27 – Ян Бадевский

— На большие деньги не рассчитывай, — предупредил Льюис. — Тут мы едва сводим концы с концами. Если не работаешь на стене, получаешь копейки.

Денис впервые услышал это слово — копейки. Он уже знал, что на территориях, подконтрольных Новосибирску, имеют хождение рубли. Самая твердая валюта в мире, как с гордостью заявляют все вокруг. На острове использовались золотые и серебряные монеты разного достоинства. Серебро, судя по всему, ценилось выше. Денис успел подержать в руках десять серебряных рублей и золотые кругляши номиналом в рубль. Медные гроши маркировались цифрами от единицы до пятидесяти. Без дополнительных уточнений. Похоже, это и были местные копейки.

И снова — стена.

От чего ж вы тут защищаетесь?

Накануне вечером Денис устроил семейный совет. Дети были поставлены в известность о том, что в Гродно дорога закрыта. Особых переживаний по этому поводу не было — Максим и Олеся успели подружиться с островитянами. Денис рассказал всё, что ему удалось выяснить относительно истории нового мира. Максим постоянно перебивал отца, взгляд мальчика был восхищенным. Еще бы — такое приключение. Олеся сидела тихо — разговор навевал на девочку скуку. А вот Катя с каждым словом мрачнела.

— А как у вас дела? — поинтересовался Денис.

— Меня в школу записали! — ожил Макс.

— Всё хорошо, — устало произнесла жена. — Я буду в школе работать, Макс учится в ней же. Да тут вообще одна школа на весь остров…

Максим фыркнул.

— А садик? — уточнил Денис.

— Он клевый, — сообщила дочь.

— Не сомневаюсь, — улыбнулся Денис.

На том и разошлись.

Утром Денис отправился в порт, чтобы встретиться с Льюисом. Дорога пролегала по крутому серпантину пересекающихся под разными углами улочек. Солнце поднялось достаточно высоко над горизонтом, но в самых узких переулках еще дремали припозднившиеся полуночные тени. Приближаясь к портовой зоне, Денис слышал металлический скрежет, натужный гул крановых стрел и резкие голоса рабочих. Неожиданно улица, по которой он шел, влилась в набережную. Со всех сторон эмигранта обступили каменные парапеты, складские помещения, штабеля разноцветных контейнеров и двигающиеся по рельсам краны. Далеко в бухту вдавались каменные языки причалов, облепленные покрышками. Денис насчитал три причала. Из кораблей — парочка рыбацких сейнеров, вытянутая баржа и белоснежная парусная яхта.

Дениса толкнули.

— Осторожно.

Мимо, не оборачиваясь, прошествовал здоровенный моряк с вещевым мешком через плечо.

Денис двинулся дальше и вскоре увидел административное здание порта. Чтобы встретиться с Льюисом, ему предстояло обогнуть строение по широкой дуге и выйти к продовольственным складам, в которых хранились скоропортящиеся продукты. В этот момент его окликнули.

— Эй!

Денис повернул голову к причалу. И увидел спешащего ему наперерез Льюиса.

— Привет, — обрадовался Денис.

Пожали руки.

— Тут такое дело… — неуверенно начал Льюис. И отвел глаза в сторону. — Отменяется работа.

— Как отменяется? — опешил Денис.

— Меня попросили, — быстро заговорил механик. — Понимаешь, тут у всех связи… Родственники разные, и всё такое… В общем, начальник порта замолвил словечко за своего племянника. Решил, понимаешь, перевести его с погрузчика на менее напряжную работу. Я не хотел, но Петрович убедил… Говорит, Денису подыщем еще что-нибудь, проблем нет…