Книга Атлантика, страница 123 – Ян Бадевский

— Постой-ка, — Денис выпрямился на своем стуле. — О чем ты толкуешь? Искусственные солдаты, редактура ДНК… а я тут каким боком?

Егор выразительно посмотрел на собеседника.

— Нет, — Денис покачал головой. — Ерунда. Бред сивой кобылы. У меня есть свидетельство о рождении, паспорт, медицинская карта. Я знаю, в каком роддоме появился на свет. Я помню своих родителей, бабушку, дедушку… Тетю троюродную… Вы меня не проведете. Это вранье.

— Внедренные воспоминания, — пожал плечами Егор. — Нет ничего проще, технология успешно опробована в разных мирах. Мы добыли этот метод редактирования памяти в одной тоталитарной технократии. Там у всех граждан счастливое детство и они пускают слюни на Большого Брата. Жуткая культура, но их нейровмешательства по-своему изящны…

Захотелось швырнуть чашку прямо в это улыбающееся молодое лицо.

Денис сдержался.

— Я тебе не верю.

— Твое право. Лови передачу.

В ментальный интерфейс пришло уведомление. Денису пересылали заархивированный пакет данных. Требовалось разрешение на скачивание.

— Что это?

— Проект «Солдат». Презентация, подготовленная генетиками для простых смертных. То есть, для своих кураторов. Адаптированный, упрощенный до предела отчет. Даже я всё понял, красота.

— И что мне с этим делать? — Денис открыл канал для скачивания и перебросил архив в блок памяти. Процесс занял несколько секунд.

— На досуге изучишь. Сейчас у меня нет времени на твои сопли и причитания. Мы уже наелись всей этой хренью. Не может быть, я помню маму и папу, да пошли вы куда подальше… Двадцать похожих как две капли воды диалогов. Только на этой неделе. Вам, ребята, придется усвоить эти факты. Искусственный набор генов, суррогатные матери, внедренные воспоминания. Вот что ты из себя представляешь, дружок. Ты — часть проекта. С некоторой долей самостоятельности.

— Мрази.

— И это мы слышали. Но, сам посуди, всё могло обернуться гораздо хуже. К примеру, мы подавили бы центр принятия решений. Вживили бы в твою голову микрочип для полного и безоговорочного подчинения приказам. И сейчас я не тратил бы время на этот бессмысленный разговор. Никого бы не уламывал, ничего не обещал. Но есть проблема. Ты, Денис, окажешься в чуждой и непонятной среде, которую невозможно смоделировать. Мы вообще не представляем, что там делается внутри форпоста биотиков. И от операторов потребуется способность быстро сориентироваться и действовать на свой страх и риск.

— Им не нужны рабы, — пояснил Двойка.

Денис осмыслил новые сведения.

Правда обрушилась на него тысячетонным прессом. Вся прошлая жизнь рухнула в одночасье. Воспоминания оказались ложью, детство рассыпалось в пыль… Что он должен чувствовать? Видимо, отчаяние и яростное неприятие услышанного. Поступь предопределенности. Неведомые кукловоды распределили судьбу по знаковым отрезкам. Наметили контрольные точки и провели по ним, словно крысу в лабиринте. Полное отсутствие свободы выбора. Ты должен был оказаться на Пустыре — и ты здесь. Хорошо это или плохо? Это факт, против которого не попрешь. Но отдельные фрагменты не укладывались в паззл.

— Родители, — тихо промолвил Денис. — Пусть они оказались вымыслом, если верить вашим утверждениям. И где границы вымысла? Я помню своих родителей на протяжении длительного отрезка времени. Это не ранние воспоминания, они достаточно зрелые. Отец развелся с матерью, когда мне было четырнадцать. А три года назад мама умерла от рака. Как с этим быть? И… что с моей семьей? Жена, дети?