Книга Пути и Двери, страница 67 – Ян Бадевский

Порт-Илвертон погружался в теневой лабиринт. Уличные теснины затапливало мраком, из дымоходов начинали сочиться полупрозрачные струйки. Вспыхивали желтым квадратики окон, зажигались первые фонари. По брусчатке цокали копыта лошадей, до слуха Вэнка долетали обрывки разговоров случайных прохожих.

Тишина и умиротворение.

Вэнк оглаживал свою черную с проседью бороду, подносил ко рту кружку и делал первый обжигающий глоток. Ароматная жидкость проваливалась в желудок и дарила приятное тепло. Наверное, лучший травяной сбор из всех, что продавались на илвертонском рынке. Многие компоненты привезены из-за моря и стоят приличных денег. Думая об этом, Вэнк поднимал глаза и смотрел в сторону бухты — туда, где высились мачты парусников Торговой компании. Порт-Илвертон считался одним из опорных пунктов этой уважаемой организации. Вэнк ухмылялся, он видел некую иронию судьбы в происходящем. Хозяин постоялого двора еще помнил славные деньки, когда он со своей командой брал эти корабли на абордаж, заливал палубы кровью торговцев и возвращался на Острова в лучах славы с богатой добычей.

Что ж, он остепенился.

Теперь Вэнк — законопослушный гражданин Трордорской империи. С легальным доходом, все дела. Плательщик в городскую казну. Жертвователь и уважаемый человек. А вот семьей Борода так и не обзавелся…

Сегодня ему захотелось посидеть в кресле-качалке. Погода теплая, почему бы и нет. Первые посетители начали втягиваться в трактир «Кубрик», а запах готовящейся еды пробуждал мысли об ужине.

И этот сладостный момент испортила горничная.

— Господин?

Самос повернул голову.

В дверном проеме, ведущем на террасу, стояла миловидная девушка, которую он нанял в прошлом году. Длинное платье, чепец, добротные ботинки — Самос хорошо платил своим работникам, но требовал, чтобы их облик не был вызывающим. Девушку звали Ниилэн, она приехала откуда-то с востока, из королевства Танневерген.

— Что случилось?

Ниилэн не побеспокоила бы своего хозяина без уважительной причины — она хорошо разбиралась в его привычках. Кружка отвара и уединение на террасе — часть его неизменных ритуалов.

— К вам гость.

Вэнк нахмурился.

— Кто такой?

Меньше всего он был настроен на разговоры с поставщиками продуктов и алкоголя. Для этого есть утренние и дневные часы.

— Сказал, что ваш давний знакомый.

Еще веселее.

— Что-нибудь еще добавил?

Девушка ответила не сразу — вспоминала.

— Да. Нельзя забывать о Братстве — вот что он сказал.

Благодушное выражение сползло с лица хозяина постоялого двора. Самос поставил кружку с отваром на низкий ротанговый столик и резко выпрямился.

— Зови его сюда. И проследи, чтобы нашему разговору не мешали.

Ниилэн быстро кивнула и удалилась.

Вэнк Самос с каменным лицом вернулся в спальню, опустился на колени и достал из-под кровати плоский деревянный ящик. Сдвинул крышку, покоившуюся в пазах. Извлек наружу два предмета. Короткий топорик с изогнутым шипом на обухе. И абордажную саблю — из тех, которыми умело пользовались корсары Островного Пиратского Братства. Вернув на прежнее место крышку пенала, Самос пинком отправил ящик обратно под кровать.

Когда дверь отворилась, и в комнату шагнул гость, Вэнк метнул топор. Посетитель не успел вытащить меч из ножен, поприветствовать хозяина или завести разговор о погоде и политике. Он просто упал с проломленным черепом и удивлением во взгляде.