Книга Ярость на краю империи, страница 94 – Ян Бадевский

— Стоп, — до меня дошло. — Персональные санкции?

— Нет, — старик покачал головой. — На официальном уровне ничего не утверждено. Законов, запрещающих нам покупать, нет. При этом наших брокеров не допускают к торгам, если они представляют нас… напрямую.

— На каком основании? — заинтересовался я.

— Проверки, дополнительные подтверждения… — начал перечислять Николай Филиппович. — Что угодно, лишь бы сделать торговлю неудобной и затратной. Если так дальше пойдёт, брокеры исключат нас из числа своих клиентов.

— Что нам мешает покупать акции напрямую в Халифате? — удивился я. — У нас же там свои филиалы.

— Есть биржи в Стамбуле, Дамаске и Багдаде, — признал Аркус. — И пока мы можем действовать через них. Проблема в том, что объёмы торгов по западным ценным бумагам там очень скромные. И далеко не всегда можно добыть то, что хочется. Особенно это касается авиационных и коммуникационных корпораций, а также ряда фармацевтических концернов. Халифат стремится поддерживать в первую очередь внутренний рынок.

— Хм, — я задумался. — А Небесный Край?

— Работаем в этом направлении, — кивнул Николай Филиппович. — Но, опять же, новые каналы, лишние транзакции… Неудобно.

— Ясно, — я побарабанил пальцами по столу. — Чего вы от меня хотите?

— Сергей, — инициативу перехватила Джан. — Здесь ключевой момент — негласное распоряжение. Закона нет. Нам бы выяснить, от кого исходит инициатива. И… разобраться.

— Как завуалировано, — хмыкнул я. — Убить надо упыря, правильно?

— Неправильно, — нахмурилась Джан. — Там может быть целый коллектив. Глубинное государство. Убьём одного — придёт следующий. Нас устроит шантаж, запугивание. Любая форма давления. Пусть сами прекратят эту клоунаду.

Я невольно залюбовался супругой.

Молодая девушка, красивая. Но хватка… Такая вцепится в горло — не выкрутишься. Джан всё больше походила на своего отца по жёсткой манере ведения корпоративных войн. Ни капли кровожадности. Строгая эффективность.

— Ладно, — я кивнул. — Поговорю с Багусом.

— Лучше с Уайрой, — мягко поправила жена. — В этой сфере она лучше осведомлена. И знает, с чего начинать.

— Принято.

Я не люблю, когда за мной сохраняются долги, а я сильно задолжал Айглеону за Бродягу. Но отправляться в поход за таинственным артефактом, не уладив текущие дела… такое себе. Поэтому, дождавшись конца совещания, я поехал в штаб-квартиру СБ и там устроил небольшую «пятиминутку». Багус заверил меня, что для операции по вычислению «крысы» всё готово.

Схема простая.

Мы очертили круг людей из холдинга, который теоретически был в курсе моих деловых поездок на постоянной основе. Исключили тех, кого мы ненавязчиво проверили через защищённые конструкты. Осталось пять человек. Каждый из них получит свою версию того, куда я отправлюсь завтра утром. В каждую из этих пяти точек поедет агент родовой СБ под иллюзией. Я же останусь в долине. Как говорится, ловись рыбка. Большая и маленькая.

С Уайрой мы провели беседу не менее увлекательную.

— Не так уж много людей способны влиять на фондовые биржи, — глубокомысленно изрекла перуанка, выслушав мою проблему. — Непосвящённым кажется, что биржа — это самостоятельная организация. Но нет. Сверху всегда нависает регулятор. А ещё — комиссия по ценным бумагам.

— Государство? — догадался я.