Книга Ярость на краю империи, страница 76 – Ян Бадевский

— Рад вас видеть, дамы и господа, — я занял место, на которое мне любезно указал князь. — Сейчас не самое лучшее время, но я готов принять ваши благодарности и прочие подарки.

— Барон, — Трубецкой сдержанно улыбнулся. — Позвольте для начала обрисовать картину происходящего.

Обрисовывать вопреки моим прогнозам взялся не Трубецкой.

И даже не Барский.

Слово предоставили человеку, который даже не являлся представителем клана. Но всегда располагал данными, меняющими ход истории.

— Господин Строганов любезно согласился поделиться информацией, — сообщил князь, выдержав многозначительную паузу. — Мы с удовольствием его выслушаем. Снова.

Я понял, что совещание началось давно.

Просто я опоздал.

Герцог не скрывал своей озабоченности. Откашлявшись, он начал:

— Сергей… Мы с тобой не первый год знакомы, и я восхищаюсь тем, как ты… решаешь проблемы. То, что ты сделал… Ну, это за гранью. Однако все поняли, что Констанца — твоих рук дело. Разгорается дипломатический скандал…

— Требуют мою голову?

Князь вздохнул.

Дескать, такие вот манеры у нашего героя.

— Сергей, — вмешался Барский. — Давай, мы сначала расскажем общеизвестные факты. А потом герцог просветит нас по поводу… закулисных обсуждений.

— Поддерживаю, — кивнул Трубецкой.

— Конечно, — согласился я. — Будем идти от общего к частному.

— Посла Эфы вызвали в МИД Румынии, — начал перечислять Барский. — Вручили ноту. После этого были звонки от руководства Евроблока. Разговаривали на повышенных тонах. Начато официальное расследование. От нас, как и в старые-добрые времена, хотят твоей выдачи. Пока — в качестве подозреваемого. Но приговор могут вынести и заочно.

Я демонстративно зевнул.

— Нам угрожают, — добавил Барский. — Войной, санкциями, тотальной изоляцией.

— Угу, — я начал терять интерес к разговору.

— Тебя это забавляет? — не выдержал Трубецкой. Когда он волновался или был раздражён, то переходил с официальных обращений на «ты».

— Ещё как, — признал я.

— Поясни нам свою мысль, — включилась в диалог Воронова.

— А что тут пояснять, — ответил я. — По пунктам. Нам грозят войной… Они в любом случае планировали её развязать, но в марте — апреле. Я предотвратил это дерьмо. Санкции? Уже начались. Вспомните Ганзу. Ноты? Пустое сотрясение воздуха. Изоляция? Это как вообще? Мы уступаем по площади только империи Наска, имеем выход к трём океанам, если учитывать договор с Халифатом, с ним же торговый союз. И с Небесным Краем заодно. Они бы ещё Луну изолировали.

Наталья Андреевна не выдержала и улыбнулась.

— Возвращаясь к теме войны, — продолжил я. — Надеюсь, все присутствующие в курсе, что у Наска есть доктрина, по которой они нападут на наше восточное побережье при первой удобной возможности?

— В курсе, — мрачно ответил Барский.

— Ну вот, — я развёл руками. — Что бы вы делали весной, когда они планировали двинуть свою армаду к нашим берегам?

— Пришлось бы вступать в сражение, — ответил за всех Трубецкой.

— Вот вам и казус белли. Вероломно напали на несчастных британцев, которые всего лишь учения проводили. А у них Атлантический Альянс. И Наска тут же отправила бы флот к нашим берегам.

Князь посмотрел на Воронову.

— Что скажете, Наталья Андреевна?

— Мы рассматривали такую возможность, — ответила герцогиня. — Но сочли её маловероятной из-за запрета Кормчих на мировые войны.