Книга Ярость на краю империи, страница 28 – Ян Бадевский

Приятный бонус — стопы своих красавцев мы сделали прорезиненными. Чтобы не травмировать асфальт и брусчатку. Дополнительные каббалистические цепочки позволят «Аресу» не примерзать к покрытию, угодив в зону заморозки. Огнеупорность тоже на уровне, если что. Единственное, с чем мы пока не справились, — это удары электричеством. Но против таких атак никто не устоит, даже «Бастион».

Опять же…

Сейчас не устоит.

Но инженерная мысль Васи Пупкина не дремлет!

А ещё у нас есть технологии, улучшающие системы вооружения. Так, нам удалось добавить форсирование дисковой пилы, причём сделать это не от электропривода, а по каббалистическим линиям, с незначительным расходом ки. Незначительным, если работает кинетик. Телепату или эмпату нужно поднять третий ранг, чтобы форсаж заработал и не привёл к опустошению узлов. Но наша задача — дать инструмент. А клиенты пусть сами разбираются с выбором пилотов.

У меня оставалось несколько дней до презентации.

И я решил использовать это время с пользой для своего Рода.

Нанести визит вежливости оборзевшим китайским товарищам.

Вряд ли вы сможете спокойно читать газету, если дверца платяного шкафа отодвинется сама собой, и оттуда в комнату шагнёт неизвестный молодой человек с тростью.

Гости из шкафов не выходят.

А в Пекине, да ещё в солидных аристократических домах, визитёры чуть ли не за полгода записываются на приём. Добавим, что визитёр — это я. Белый, наглый и самоуверенный. Ну, как белый… Я всё же загорел под жарким солнцем Фазиса, да ещё в круизе шлифанулся.

Дверь скользнула в пазах и встала на прежнее место.

Шкаф исчез.

То есть, исчезли стыки между секциями.

Лидер клана Лу, оторвавшись от газеты, уставился на меня. Это был тридцатилетний китаец, прямой наследник Чжигана. Лу Вэй, так его звали. Я сразу почувствовал исходящую от него силу. Морфист. И очень мощный, ничем не уступающий Джан. Я бы сказал, даже превосходящий. По возрасту он вполне мог подняться до третьего ранга, что и произошло. Только произошло не вчера и даже не позавчера, а в возрасте двадцати пяти лет. Потому что о силе крови китайцы догадались ещё раньше нас, и культивируют свои линии веками. Нет, не так. Конкретно вот эта мэньфа развивала навыки снохождения последние шестьсот лет. Выводы делайте сами.

Лу Вэй представлял собой реальную угрозу в конструктах.

Но не здесь.

— Добрый день, — поздоровался я. — О чём пишут?

Мужчина сложил газету.

Я находился в его личных апартаментах. Обширное зонированное пространство, в котором можно спать, есть, пить, работать и развлекаться. Никаких дверей, сплошные арки. Газету Лу Вэй решил почитать в кресле, повернувшись спиной к роскошному саду. И да, апартаменты были частью громадного дворца в исторической части Пекина, где каждый квадратный метр земли стоил как ковёр-самолёт. Мэньфа владела не только дворцом, но и обширной территорией, входящей в состав комплекса. Огороженной, охраняемой, напичканной артефактами… Совершенно бесполезными, если к вам решил нагрянуть барон Иванов.

— О разном, — морфист быстро взял себя в руки. Он понимал, с кем имеет дело. — Вы, господин Иванов, явились без приглашения.

— А я всегда так делаю, — на моём лице появилась фирменная улыбочка. — Решил нанести ответный визит вежливости. Правда, забыл прихватить с собой геоманта. Уж извините.