Книга Шторм в сердце империи, страница 117 – Ян Бадевский

— Теперь это дело чести. Не ради Трубецкого. Мне вообще плевать, кто будет править империей в следующую десятилетку. Просто… Моего сына держат в заложниках. Меня много раз пытались убить. Тебя хотели подкупить, чтобы меня сдал. И все эти князья уверены, что им сойдёт с рук. Двигают людей как… шахматные фигуры на доске. Сидят в своих дворцах, а за душой ничего человеческого.

— Хочешь надрать им задницы, — догадался я.

— Фу, как грубо.

— Я — простой парень из ПСП.

— Ой, всё.

— Значит, ты будешь биться. Хотя можешь погибнуть на арене и никогда больше не увидеть своего сына. Оно того стоит?

— О, ты не прав, — в глазах бессмертной появился злой огонёк. — Если я выйду на арену, в конце только я и останусь там стоять.

Моё лицо озарила широкая улыбка.

Человек, поверивший в себя — страшная сила.

— Мне нужен образ.

Натыкаюсь на непонимающий взгляд Маро.

— Девочка, да приди уже в норму. Встряхнись! — не выдержал я, поднимаясь из кресла. — Образ Луки. Всё, что ты о нём знаешь. Голос, привычки, манеры. Без телепата не обойтись.

— И… ты попробуешь его найти?

— Нет. Я его найду. А ты посидишь здесь, в этом чудесном пансионате. Без глупостей и спонтанных женских штучек. Просто сидишь здесь и ждёшь меня. Получится?

— Думаю, да.

— Вот и хорошо. Когда подтверждаются окончательные списки участников Турнира?

— Завтра в полдень.

— Прекрасно. С тобой свяжется Ольга, скинешь через неё нужную информацию. Если до завтрашнего полудня не вернусь — снимай кандидатуру официально. А если вернусь… то приду не один.

Сказав это, я начал одеваться.

Не май-месяц.

* * *

Открыв глаза, я несколько минут сидел в тишине.

Трансляция завершилась.

Всё, что мне передала Маро, я поспешил перекинуть мастеру Багусу. Теперь, когда я не отвлекался на войну, высвободились ресурсы. В моём распоряжении были не только рептилоиды Чёрного Ока, но и шустрые индонезийцы из Панджаитана. Проблема в том, что дедлайн есть дедлайн. На поиски у меня оставалось чуть меньше семнадцати часов. И это с учётом, что я не буду спать.

Даже не верится.

Я ищу Доброго Эха!

Ну, самого первого.

Михалыч тоже работал под этим брендом до того, как поступил ко мне на службу. Но это фриланс. Концепцию породил другой человек. Живая легенда с трагической судьбой.

Лука носил фамилию отца — Каримов.

И да, никаких воспоминаний по Батыру Каримову мне не передали. Маро считала, это меня не касается. Правильно считала. На поиски такие данные не повлияют, при этом… Не люблю я глубоко вникать в чужие отношения. Известно лишь, что Батыр Каримов был метой, очень хорошим бойцом, и умер своей смертью, дожив до старости. Предварительно расставшись с Маро.

Я тщательно просмотрел последние воспоминания Маро о сыне. Встречи, разговоры, изменения внешности с течением времени. Внешность у каббалиста была своеобразная. Смуглая кожа, азиатский тип внешности. Почти ничего от колхов, ближе к узбекам и таджикам. Склонность к каббалистике — это от матери Маро, передалось по линии Кобалия. Как и тяга к артефакторике, надо полагать. Интересно, а мастер Мерген тоже как-то связан с Каримовыми? Слишком часто в этой истории фигурируют мастера восточных единоборств из среднеазиатских губерний…

Так вот, сейчас Лука, он же Добрый Эх, здорово напоминал какого-нибудь узбекского шахматиста или писателя. Узкий разрез глаз, очки в чёрной роговой оправе, неизменный твидовый костюм в клетку, волосы тронуты первой сединой. Морщин меньше, чем стоило бы ожидать в таком возрасте.