Книга Тень на краю империи, страница 116 – Ян Бадевский

Идея прельщала своей элегантностью.

Чем дольше я всё это обдумывал, тем больше понимал, что такого от меня гарантированно не ждут.

За завтраком я поинтересовался у Джан:

— Слушай, а насколько защищены во сне обычные дознатчики? Вы с Яриком сумели вытащить из головы того типа коды доступа к Тайной Сети. Как насчёт внедрить что-нибудь весёленькое?

У Джан чуть не выпала вилка из пальцев.

— Внедрить?

Федя бросил Кефиру кусочек сардельки, и тот поймал лакомство на лету.

— Пусть отец Донат уснёт, — я неопределённо махнул рукой, — и увидит добрый сон. Затем он проснётся в уверенности, что накануне я с ним побеседовал и ответил на все его вопросы. И эти ответы удовлетворили консисторию.

— Ты издеваешься, — не поверила своим ушам морфистка.

— Нет. Ты уже проделывала похожие штуки. В самом начале нашего знакомства, помнишь? Сейчас всё сложнее, но у нас в гвардии есть боевой морфист. Распределите обязанности, проведите скоординированную атаку.

— Ух ты, — оценил мой замысел Федя.

— И я о том, — улыбаюсь и спокойно продолжаю поглощать яичницу с беконом. — Пусть эти ребята думают, что меня допросили. Пусть думают, что я — кристальной чистоты дворянин.

— Наверняка есть протоколы, — возразила Джан. — Любые допросы фиксируются. Если с тобой будет работать менталист, его показания тоже будут учтены.

— Отец Донат обладает телепатическим Даром, — пожимаю плечами. — У него высокая ступень посвящения. Думаю, он будет использовать артефакты, чтобы пробить мои блоки.

— Ты так спокойно об этом говоришь, — восхитилась Джан.

— Ну да. Мы не дойдём до блоков. Я вообще не появлюсь в консистории. А все протоколы инквизитор оформит задним числом. Потому что захочет это сделать и будет уверен в своей правоте.

На подготовку операции ушло три дня.

Мы ненавязчиво следили за отцом Донатом, собирали информацию о его жизни, увлечениях, домашней обстановке, характере и образе мышления. Ярик вылавливал в мире снов эхо-образы — то, что оставалось после нашего святоши, когда он пробуждался. Чтобы с гарантией достичь успеха, мы подключили ещё двух морфистов Чёрного Ока. Четвёртая ночь была потрачена на создание сложного, многослойного конструкта-сновидения, имитирующего допрос в Московской консистории.

Как мне пояснила Джан, тонкость заключалась в том, чтобы выудить правильные образы из подсознания самого инквизитора. Запустить этого персонажа в лабиринт воспоминаний, получить детали конструктора и сотворить новый лабиринт, но управляемый с нашей стороны. Проектировался сон внутри сна: дознатчик спал, видел один из допросов в своём кабинете, потом якобы пробуждался и ехал на работу. Как вы уже догадались, поездка — лишь второй уровень конструкта. Отец Донат уверен, что едет в консисторию, но он продолжает спать. Третий уровень — это мнимый допрос барона Иванова. То есть, меня.

С третьим уровнем у нас не было гарантий.

Мы не знали, какими инструментами воспользуется инквизитор, привлечёт ли кого-нибудь в качестве помощника, какие вопросы будет задавать. У нас не было данных, кто и на каких основаниях перевёл моё досье из Стамбула в Москву. Всё это мы рассчитывали выяснить в процессе плетения иллюзий. Отец Донат будет меня допрашивать, а правильные вопросы всплывут в процессе. А ещё он наверняка попробует с кем-то связаться ментально, и мы перехватим его мысли во сне. Потребуется мгновенно подстраиваться и реагировать на меняющуюся обстановку с бешеными скоростями. Поэтому командиром группы морфистов я назначил Ярика — наиболее опытного и сильного в этой команде. Джан отвечала за извлечение информации и фальшивые образы, на которые должна была среагировать жертва, а морфисты Ока поддерживали сам конструкт.