Книга Серп и меч на краю империи, страница 97 – Ян Бадевский

Первыми ехали байкеры-копейщики, за ними маршировала тяжёлая пехота.

Завидев меня, оппоненты среагировали с запозданием. Ещё бы, я бежал вперёд, сидя внутри их машины. С родовым гербом, если мне память не изменяет, Кротовых на груди. При этом они не дорубили, почему «Витязь» несётся на всех парах к ним. Я же не стал заморачиваться техникой, а вместо этого организовал масштабный разгром. По традиции закатал в асфальт и байки, и пехотинцев, причём последних аж по пояс. Врубил дисковые пилы на обеих руках и устроил кровавую жатву. Тупо врубился в их строй, сея смерть направо и налево. Кого-то банально давил, кому-то сносил головы, разрезал вдоль туловища, невзирая на броню, отсекал руки. Брызги летели во все стороны, сыпались искры, слышались визг металла, скрежет и вопли умирающих. Я даже проницаемостью не заморачивался — обездвиженные солдаты ничего не могли противопоставить.

А вот броневики с вращающимися лезвиями мне не понравились.

На поверку там ещё были выдвижные клинки, но меня попытались снести массой, бросив в атаку обшитые тяжёлыми пластинами туши. Что интересно, они даже своих давили в погоне за призрачным шансом нанести мне ущерб. Не получилось, не срослось. Я сделал эти тачки проницаемыми, позволив им пронестись сквозь ряды латников, а потом закатал в асфальт. Ох, и долго же придётся чинить полотно…

Латники пытались выставлять щиты, закрываясь от моих циркулярок, но хренушки! Я топтал этих ребят, сбивал щиты коленями, а их владельцев вскрывал, точно консервные банки.

Минут через десять всё было кончено.

С экипажами броневиков я разобрался, сделав машины бесплотными. Вырезал всех, кто находился внутри, а затем переключил своё внимание на мотоциклистов. Там некоторые ухитрились сбежать, побросав застрявшую технику и копья. Я никого не преследовал. Всё равно бегут они в правильном направлении, подальше от Красной Поляны.

Я уже никого не резал, ибо все были мертвы, когда со мной связался Демон.

Шеф, не хочу отвлекать, но вражеские дирижабли приближаются к посёлку. Там ребята спрашивают, ты хочешь прямо в мехе на борт подняться?

Пришлось обратить внимание на наш цеппелин, который завис неподалёку.

Аппарат не мог приземлиться на шоссе, но сбросил вниз верёвочную лестницу. По ней механикуса не протащишь, да и зачем? В воздухе у меня совершенно другая тактика.

Сменив конфигурацию «Витязя», открываю кабину и отключаюсь.

Прыгаю на исковерканный асфальт.

Сто лет не лазил по верёвочным лестницам!

Дирижабль неплохо маневрировал в ущелье, помогая себе винтами. Люк, через который мне предстояло взобраться на борт, находился метрах в пятнадцати над головой. К счастью, я не страдаю боязнью высоты…

В рубке сидели знакомые гвардейцы.

Кажется, я с ними уже летал.

— Жду ваших распоряжений! — гаркнул первый пилот.

— Ты держишь связь с радарной установкой? — уточнил я, наблюдая за тем, как воздушное судно поднимается над ущельем. — Что по нашим врагам?

Пилот замялся.

И выдал:

— Первый дирижабль появится из-за гор с северо-востока через… двадцать минут. Остальные движутся с востока и юго-юго-востока. Но прибудут позже. Через полчаса и сорок минут, соответственно.

— Большой разброс, — я покачал головой.

Действия противника казались несколько… неслаженными. То есть, они договорились напасть на меня одновременно, и силы подтянули и даже какую-то стратегию разработали. Провели разведку, узнали про ловушки, тут вопросов нет. Но вот отдельными отрядами и цеппелинами, похоже, командовали военачальники из разных Родов. Что, безусловно, облегчает мою задачу.