Книга Сила на краю империи, страница 32 – Ян Бадевский

— Прямо в чёрных? — удивился я.

Инквизиторы имели свою иерархию, в которой от цвета рясы или сутаны зависела ступень посвящения. Салаги ходят в белом и сером, а крутые парни — в чёрном.

— В разном, — исправился Барский. — Брата Петра отстранили от обязанностей и перевели куда-то на север. Мы утратили контроль над ситуацией.

— Звучит нехорошо, — признал я. — Что им нужно?

— Кто ж скажет, — хмыкнул Барский. — Мы знаем, что они прибыли. Знаем, где остановились. И догадываемся, что предмет интереса — ты.

— Почему?

— Незадолго до своего перевода Пётр съездил в Туров, изучил документы, связанные с тобой. Там поменяли грифы, подключили провидцев и дознатчиков. Дело серьёзное.

— Можно узнать, с чем связаны эти телодвижения?

— По косвенным признакам, — нехотя признал князь. — В папку вложены факты исчезновения твоих документов из консистории, а также… некие предполагаемые действия в Самарканде.

В душе шевельнулось недоброе предчувствие.

— Самарканд? — изображаю удивление.

— Не знаю, кого ты завалил в этом славном городе, — без тени улыбки произнёс Барский. — Но в папке упомянута колония Мароан. Якобы туда вторглись неизвестные, и ты — в числе подозреваемых.

— В числе, — я зацепился за обнадёживающее слово.

— Подробностей нет, — отрезал князь. — Брат Пётр не имеет доступа к секретным объектам с артефакторикой Предтеч. Соответственно, в папке есть отсылки на неизвестный документ, прочесть который он не смог.

— Чего мне ждать? — перехожу сразу к делу.

— Судя по составу группы и количеству участников… — Барский сделал многозначительную паузу. — Делегация серьёзная. Дознатчик, провидец, каратели. Они готовы к любому повороту, Сергей. Начнут, естественно, с разговора. Пришлют провидца, чтобы проверить твою усадьбу. Не исключено, что захотят пройти в дом. И, поверь, ты их остановить не сможешь.

У меня на сей счёт было иное мнение.

— Рекомендации? — я отстранённо наблюдаю за чайкой, пикирующей в волны, чтобы выхватить рыбу. Аллегория завораживает.

— Да никаких, — пожал плечами Барский. — Это же инквизиторы. Никто не смеет бодаться с ними. Если ты что-то натворил в Самарканде, настраивайся на худшее. Можешь сбежать, воспользовавшись домоморфом, но они объявят всемирный розыск. Даже если десять или двадцать лет будешь прятаться, всё равно найдут.

— А вы фаталист, князь.

— Скорее реалист.

— К вам они уже обращались?

— Пока нет. Но ты не сомневайся, если инквизиторы что-то найдут, возьмутся за раскрутку всех, кто с тобой связан. И начнут с меня.

— Не боитесь?

— А мне скрывать нечего. Прикормил немножко Петра, с кем не бывает. Они поэтому его и отстранили, чтобы под ногами не путался. Другой вопрос, не выполнял ли ты ты наши поручения, проникнув в колонию Мароан… если, конечно, это был ты. Буду откровенен: сейчас решается вопрос о том, чтобы дистанцироваться от Рода Ивановых. То есть, исключить тебя из клана… досрочно.

— Это умиляет, — признал я. — Если сравнить меня с тонущим кораблём, то можно продолжить аналогию…

— Не надо, — прервал Барский. — Я понимаю, как это выглядит. Но ты должен нам ещё два заказа.

— Но-но-но, — я погрозил начальнику СБ пальцем. — Должен, если состою в клане. Выбрасываете меня — и все обязательства аннулируются.

— Совесть позволит?

— Ещё как. Вам же позволяет списывать меня в запас, когда запахло жареным. И это при том, что я дважды спасал Воронову от смерти и серьёзно облегчил ваше положение на грядущем Турнире, убив одного классного мечника.