Книга Великие Дома Империи, страница 142 – Ян Бадевский

Да, отдых в моём понимании — это пробежки, спарринги с Демоном и Зурабом, оттачивание боевых техник и медитации. А ещё у меня накопились патроны, изготавливаемые Федей по моей просьбе на постоянной основе. Каббалистические боеприпасы, обработанные Добрым Эхом, я экономлю на чёрный день, а вот обычные… Их надо использовать. Чтобы не потерять форму. Так что я упаковал в футляр свою снайперскую винтовку, прихватил коробку патронов и отправился в горы на раздолбанном «архарусе». Во-первых, эту колымагу не жаль. Во-вторых, не хочу привлекать лишнего внимания. От сопровождения Демона и Зураба я, по понятным причинам, отказался.

Чтобы добраться до безлюдной местности, мне потребовалось выехать из Красной Поляны, попетлять по горным серпантинам, объехать школу, в которой учатся Федя и Джан, оставить за спиной одно село и два пансионата и лишь после этого вздохнуть с облегчением. Машину я припарковал у заброшенного тучеразгонителя. С полкилометра проделал пешком и оказался на берегу горного озера, которое я заприметил, просматривая мыслекарту. Здесь не было санаториев, гостевых домов, горных поселений и… Да вообще ничего не было. Что интересно, льдом озеро не покрылось, несмотря на недавние заморозки.

Достав из рюкзака жестяные банки из-под минеральной воды «Джавахети», я расставил их на плоских камнях по всему берегу, тщательно вымеряв шагами дистанцию. Затем развернул каремат, установил L96 на сошках, зарядил в магазин десять патронов 7.62 и приступил к отстрелу зловредных банок. Работал неспешно, наслаждаясь тишиной и спокойствием. Интегрированный глушитель не позволял звукам распространяться по водной глади.

Удовлетворившись результатами, я собрал гильзы вместе с изуродованными банками, упаковал всё своё добро в рюкзак, сложил «британца» в футляр и свернул каремат. Настроение было приподнятым, я даже насвистывал под нос весёлый мотивчик. От хлама избавился по дороге, выбросив гильзы и банки в глубокий овраг. Да меня бы экологи распяли на кресте за такое, но тащить столь серьёзные улики к мусорным контейнерам я не могу — вдруг сортировщики заподозрят неладное…

На пороге меня встретила Джан.

— Тебе звонили.

— Кто?

— Личный секретарь Строганова. У них там что-то срочное, просили заехать.

— Срочное?

— Говорить со мной отказались, — пожала плечами девушка.

В воскресенье никто никуда не спешил. Разве что Алиса попросила подбросить в центр, чтобы заглянуть в торговый пассаж. Я действовал грамотно — оделся по сезону, спустился в гараж и велел Демону оставаться на месте. Выехал на «Борее» в центральные кварталы Фазиса, отвёз библиотекаршу в нужное место, а сам рванул к арендованному особняку Строгановых. Не прошло и четверти часа, как меня провели в кабинет герцога. Тимофей Савельевич пожал протянутую руку, усадил меня в кресло и лишь после этого заявил:

— Долг платежом красен, не находите, молодой человек?

— Золотые слова.

— И я так думаю. Мы нашли Сперанского.

Я уставился на герцога, пытаясь понять, не шутит ли он. Задача, с которой не справилась лучшая ясновидящая Дома Эфы. Проблема, которую не решили деньги Иезекииля Джонса. А ведь не прошло и месяца! И это при том, что Серебряный Круг предпочитает себя не афишировать.

И это при том, что адепты тайного общества залегли на дно.