Книга Отступник на краю империи, страница 77 – Ян Бадевский

— Я ужас, летящий на крыльях ночи. Стоять!

Увидев по глазам, что прыгун решил сконцентрироваться на перемещении, я резко ударил его в солнечное сплетение. У мужика перехватило дух, а я вновь приставил лезвие к его горлу.

— Даже не думай. Как тебя зовут?

— Иван.

— Предсказуемо. Как выйти на связь со Старшими?

Молчание.

— Сейчас я начну тебе что-нибудь отрезать, Иван. Лучше меня не злить, заруби себе это на носу. Кстати, он первый на очереди.

Прозвучало двусмысленно.

— Кто сказал, что ты начнёшь? — решил удивить меня Иван.

И тут же телепортировался.

Я, признаться, не ожидал такой резкости. Мой нож провалился в пустоту, а тело по инерции сделало шаг вперёд. Волна злости не успела подняться — у меня возникли новые проблемы.

Прыгун вовсе не планировал удирать с поля боя. Он переместился на несколько метров влево, поднял отстёгнутые ножны и вытащил меч. Выглядело эффектно.

— Сергей Иванов, — в голосе Средней Рептилии прозвучала насмешка. — Легендарный убийца Фазиса. Так называемый Кромсатель. Я сразу догадался, кто ты. Слишком много шума. Пора это заканчивать.

В голове пронеслись варианты.

Убивать этого чувака нельзя. Сильно калечить — тоже. Но надо учитывать, что он перемещается молниеносно, и привычные методы допроса не сработают.

В голове созрел новый план.

— Иди сюда, — сказал я. — Меньше слов.

Иван был хорош.

Стремительные атаки, точные выпады, гибкость и мощь. Сразу видно крутую фехтовальную школу. И в обычном бою он мог бы со мной потягаться на равных, хотя в итоге я бы его разделал. Но у меня всегда припасены тузы в рукаве. Например, проницаемость.

Я позволил сопернику провести пару стремительных атак, уклоняясь от них на пределе возможного и оценивая манеру боя рептилоида. Затем подставился под удар, сделав половину своего туловища нематериальной. Сектант раскрылся, и в этот момент я выбросил левую руку. Вогнал ребро ладони в шею и подхватил обмякшее тело.

Сонная артерия — коварное место.

Если сила удара рассчитана правильно, человек теряет сознание.

Ненадолго, к сожалению.

А вот для отключения рептилоида «надолго» мне придётся затратить определённые усилия. Для начала — уложить пациента на бетон в правильном положении. После этого расстегнуть ему пальто, размотать шарф и отыскать малоизвестную точку, о которой почти никто никогда не слышал. Действуя с помощью акупунктуры, я мог бы уложить этого хмыря на всю ночь, вот только у меня не было игл под рукой. Не разжился, каюсь. Приходится экспериментировать, что я не люблю.

Это вам не Врата Духа на запястье и прочие детские шалости. Тот, кто мне показал эту точку несколько столетий назад, именовал её Вселенским Спокойствием. На китайском, разумеется, это звучало красиво.

Втыкаю в шею рептилоида мизинец, делаю его проницаемым и вкачиваю немного ки. Это по наитию, я никогда так раньше не работал. Умереть Иван не умрёт, но может впасть в глубокую кому, если я переборщу…

Не переборщил.

Дыхание прыгуна стало ровным, пульс замедлился, на лице появилось выражение умиротворённости.

Это Вселенское Спокойствие, детка.

Меч сектанта отправляется в бушующие воды. Танто — в ножны. Упырь оказывается неожиданно лёгким и сухощавым, но я всё равно изрядно напрягся, пока дотащил его до микроавтобуса. Всё дело в том, что одежда моего спящего врага промокла и потяжелела. Да и я устал за сегодняшний вечер. Отсутствие сна, медитации, урчание в животе…