Книга Синдикаты на краю империи, страница 91 – Ян Бадевский

Два тычка в сугроб — и лезвие очищено от крови.

Прячу нож в карман.

Гром-баба на месте. Терпеливо дожидается, пока я не разберусь со своими делами.

— Дальше, — говорю я.

И аккуратно закрываю дверь со стороны пассажира.

— Адрес.

Женщина относится ко мне значительно лучше, её голос потеплел. Надеюсь, это связано с моей харизмой, а не с тем, что я расплатился по счётчику за первую поездку и всё ещё готов колесить по городу.

— Повелецкий тракт, четыре.

— Кинотеатр? — брови женщины поползли вверх.

— Да, — я бросил взгляд на парковку. — Кинотеатр «Иллюзион».

У колонны, где я завалил проекцию, начался кипеш. Скопились зеваки, которых уже расталкивали люди в чёрной униформе — охранники «Плазы». Некоторые из зрителей указывали пальцами на парковку, с которой мы благополучно выехали. Полиция не объявилась до сих пор, и это радует.

— Минут двадцать будем ехать, — сообщила таксистка. — Сам видишь, какие дороги.

— Угу, — вздохнул я. — Замело.

Снег идти перестал, но от этого не легче. Дорогу как всегда посыпали какой-то дрянью, и время от времени машины пробуксовывали в этой каше.

— Ты собрался фильм какой-то смотреть? — вновь заговорила таксистка. Было видно, что я заслужил её расположение, и теперь она не прочь потрепаться. — У меня дочка собралась на «Полуночный дирижабль».

— Гляну афишу, — соврал я. — И прикуплю пару билетиков.

— Это правильно, — одобрила гром-баба, обгоняя заляпанную грязью маршрутку. — На выходных всё разбирают. Ещё и по телефону звонят своим кассиршам, чтобы те придержали места в первых рядах.

— Дело говорите, — признал я.

Если верить карте, то мелких речушек в Никополе хватало. Главной считалась Обь, она и делила мегаполис на две части. Чтобы попасть в Заречье, нам пришлось проехать по длинному мосту. В этом месте река достигала почти километровой ширины. Лёд уже сковал берега, но основное течение продолжало сопротивляться стуже.

На окраинах города возвышались тучеразгонители. Что интересно, эти штуки работали — я видел, как небо очищается от облачного покрова.

Так вот, Заречье располагалось по левому берегу Оби, и там хватало исторической застройки чуть ли не с прошлого века. Административно этот район граничил с Промышленным, а ещё — с Зелёным Бором, где строили виллы внеклановые аристократы, банкиры и промышленники. Приближение Промышленного района ощущалось сразу — по дымящим трубам, громадным цехам и нескончаемым бетонным заборам. Периодически нам попадались железнодорожные ветки, по которым ходили товарняки.

— А что там за столпотворение у «Плазы»? — неожиданно спросила таксистка.

— Пьянчужка валялась под магазином, — отмахнулся я. — Народ позвал охрану.

— Задолбали уже, — прокомментировала гром-баба, когда нас подрезал дорогущий «Вихрь-С», спорткар, на котором гоняли отпрыски именитых родителей. — Кто вам права только выдаёт…

Чем дальше мы углублялись в Промышленный район, тем мрачнее становился город. Фабричные выбросы перемешивались с тучами, создавали непроницаемый смог, и даже разгонители не справлялись с этим дерьмом. Окрестности заводов были застроены общагами и обшарпанными многоэтажными зданиями ухудшенной планировки. А ещё здесь мелькали трансформаторные подстанции, линии электропередач и причудливые радиолокационные антенны — подозреваю, что военного назначения.