Книга Синдикаты на краю империи, страница 42 – Ян Бадевский

Варя прыснула, но, поймав строгий взгляд наставника, изобразила жестом, как застёгивает рот на замок.

Игорь и Леван помогли куратору отодвинуть тяжёлые створки ворот, после чего Райнер скрылся в полумраке ангара. Мы услышали лязг металлической дверцы, затем раздались щелчки тумблеров. Под потолком вспыхнули мощные лампы. Казалось бы, утро. Вот только нас накрывало густой тенью от гор, из-за которых нехотя выбиралось солнце.

— Вон там, — Райнер указал на дальнюю часть ангара. — Тринадцатый сектор.

Ряды мехов застыли в тусклом свете потолочных ламп.

Картина выглядела фантастически. Словно попадаешь на съёмочную площадку «Трансформеров» или в голову к безумному анимешнику. Все машины были сложены в базовую форму и напоминали танки с куполообразными башнями.

Я уже говорил, что все ячейки пронумерованы?

А ещё их объединили в сектора.

Пятнадцать секторов по четыре ячейки. Шестьдесят механикусов — и это только один ангар. Остаётся только гадать о численности подразделений кланового войска. Ясно же, что на плато дислоцируется лишь та часть машин, которую высшее руководство использует для натаскивания пилотов. Преимущественно — рекрутов. Значит, есть базы, расположение которых не афишируется.

Двигаясь по проходу между секторами, я рассматривал смертоубийственные агрегаты. «Витязи» были в меньшинстве. Доминировали мехи с более навороченной бронёй и разнообразными креплениями на верхних и нижних конечностях, что указывало на широкий выбор обвесов. Некоторые кабины были вытянутыми, смахивающими на личинки насекомых. Габариты шагателей тоже отличались, равно как и обводы корпусов.

— Это «борисфены», — сказала Варя Сенцова, перехватив мой взгляд. — Самое мощное, что тут есть.

— Правда?

Я задержался у футуристической твари, словно сошедшей со страниц японской манги. Четыре опорных конечности, растопыренных, как у паука. Два верхних манипулятора сложены и прижаты к бронированному куполу с обзорным участком в центре. Шарообразный корпус с люком в подбрюшье. Из люка, почти касаясь земли, свисал тонкий металлический трап. Я заглянул в чёрный зев и… не обнаружил там ничего. Слишком мало света.

— Конечно, — нас догнал Гриднев. — Все это знают.

— Кто у нас такой умный? — Сенцова даже не удостоила Игоря взглядом. — Это не просто «борисфены». Последнее поколение, модель ДР-1. У них есть гарпун, чтобы цепляться за дирижабли. Мехи берут гондолы на абордаж, выдвигают шипы из своих ног и намертво прилипают к асфальту. Штурмовые бригады лезут наверх и устраивают экипажу весёлую жизнь.

— Я думал, гарпунные пушки запрещены, — неуверенно смотрю на Сенцову.

— Их чуть было не запретили, — к нам присоединился Караев. — Но там пружинный механизм, усиленный каббалистами. Никакого пороха. К тому же, устройство однозарядное и снабжено разматывающимся тросом. Это вроде как и не метательное оружие по меркам инквизиции.

— Гарпун не используется для поражения живой силы противника, — нас догнал неуловимый куратор Райнер. — Поэтому приравнивается к лебёдкам, кранам и прочему вспомогательному оборудованию.

— Тонко, — похвалил я. — А что он ещё умеет?

Райнер остановился рядом со слоноподобной конечностью и любовно погладил броню. Сейчас, когда этот здоровяк пристроился к «борисфену», контраст особенно впечатлял. Насекомоподобное существо возвышалось над бетонным покрытием метров на пять, лапы были разведены на добрых двадцать метров. Собственно, модель ДР-1 занимала целый сектор, а всего таких игрушек в ангаре было три. То есть, шестьдесят трансформеров и триада вот этих вот порождений тьмы.