Книга Синдикаты на краю империи, страница 20 – Ян Бадевский

Сильно похолодало.

Я выглянул из окна, чтобы оценить показания термометра. Почти ноль. И это при том, что всю первую неделю ноября стояли тёплые деньки. Непогода нынче в моде.

Мне пришлось надевать плотные тёмно-синие брюки, грубый френч с высоким воротом такого же цвета и фуражку с лакированным чёрным козырьком. Только серебряного значка с лавровыми ветвями не хватает для полного счастья. Зато имеется эмблема Эфы — куда ж без неё. Ботинки я обул крепкие, осенние, на толстой подошве. Самые дорогие из тех, что продавались в пассажах Фазиса. Итальянские, из натуральной кожи, пропитанной водоотталкивающим кремом. Вместо штормовки я надел тёплый пуховик — длинный, ниже колен. Ослабил лямки рюкзака, забросил его на плечо и вышел в промороженный насквозь коридор.

В этой версии 1978 года головных уборов придумали больше, чем в СССР из моей прежней инкарнации. Не едиными, как говорится, «петушками» жив человек. Тут вам и формовки, и ушанки, и кепки разные, и шляпы, и даже, не побоюсь этого слова, новомодные чульо из Южной Америки. Писк сезона — каракулевые шапки и шерстяные кепи. Вот только писк этот наблюдается исключительно в телевизоре. Жители Фазиса привыкли к пятнадцати-восемнадцати градусам в ноябре. Так что все эти милые сердцу ушанки продавцы ещё не успели выставить в магазинах.

Когда ледяной ветер обрушился на лицо и уши, я торопливо натянул поверх фуражки капюшон.

Полегчало.

Таскать зонт, как по мне, в Фазисе смысла нет. Во-первых, ливни такие, что не поможет. Во-вторых, ещё и ветром сломает. Да ещё и руки будут заняты, что не есть хорошо при внезапном нападении. В такие деньки невольно задумываешься о покупке машины. Хотя бы в школу ездить. А сдерживает меня нежелание светить номерами в полицейских базах и весь сопутствующий геморрой — заправки, ремонт, техосмотр, мойка, салон там пропылесосить… В топку.

Прячась от дождя под балконами, я добрался до троллейбусной остановки. В таких условиях хочешь не хочешь, а выучишь расписание, ага. Две минуты — и я на Цветочной площади. А там уже родная канатка. Всяко лучше озверевших бомбил, которые в ливень поднимают ценник на свои услуги в пять раз. Добро пожаловать в Фазис, детка.

Гимназия встретила меня переполненным вестибюлем, толпами спешащих на занятия учеников и рёвом охранника, прицепившегося к очередной жертве.

— Привет!

Я обернулся и увидел Регину.

Лицо девушки было обеспокоенным.

— Что случилось? — я почуял неладное.

— Игоря вызвали на дуэль. Сегодня, после уроков.

— Дуэль? — я, признаться, не был готов к такому повороту. — С хрена ли?

Разговор происходил у большой колонны, и я не сразу заметил виновника торжества. Гриднев навис над нами мрачной громадой и ответил на прозвучавший вопрос:

— Вчера нас объединили на фехтовании с А-классом, помнишь?

— Угу.

— И меня поставили в спарринг с Умаром Аммигером.

— Было такое.

— Ну вот. Ему кукушку сорвало, начал прыгать на меня. Пришлось шестом хорошенько врезать. Он меня после уроков поджидал на заднем дворе со своими дружками. Я на эту разборку забил. И сегодня они мне вызов прислали. Официально оформленный.

— Трындец, — вырвалось у меня.

— Да ладно, — староста не переживал по этому поводу. — Справлюсь.

Обедали мы в столовой, как и всю предыдущую неделю. Я наслаждался отменой взысканий, наложенных директором Андерсоном в сентябре. Мне вернули бесплатное питание, выдачу оружия, формы и прочие ништяки, которыми пользуются гимназисты Эфы.