Книга Инквизитор, страница 103 – Ян Бадевский

— За время вашего отсутствия вторжений не происходило, — доложил Грут.

— Хм. Как-то мельчают мои враги. Никакого веселья.

Пересекая холл, я уже почуял неладное. На первом этаже усадьбы пахло едой, гремела посуда — и все эти признаки жизни локализовались в области кухни.

Я уж было поверил, что Бенедиктов увлёкся кулинарией, но для завтрака было поздновато, а у моего стряпчего есть маленькие дети. Познакомившись с этими сорванцами поближе, я не верил, что они способны проснуться позже семи утра.

Предчувствие меня не обмануло.

Ну кухне хозяйничал здоровенный бородатый мужик в белом халате и поварском колпаке. Мужик был настолько необъятный, что я оторопело замер в дверях. Долго не мог решить, жирный он или качается. Уж больно смахивал этот товарищ на квадраты господина Муневича, выставленные в картинной галерее Глинских. При этом мужик двигался проворно, ничего не задевал, что-то помешивал, переворачивал, прожаривал, заливал соусом, посыпал специями… И делал это с таким видом, словно поймал птицу счастья за хвост. Добродушное лицо этого типа располагало к себе, а в глазах светились озорные огоньки.

— Ты ещё кто такой? — не выдерживаю я.

— Зови меня Шеф, не ошибёшься, — глубокомысленно выдал повар, забрасывая в маленькую сковородку порезанные кубиками овощи.

Я заинтересованно посмотрел на наглеца.

— А ты вообще в курсе, чей это дом?

— Графа Володкевича, — охотно ответил мужчина-квадрат, перемешивая нечто умопомрачительное деревянной лопаточкой. — Они почивать изволят.

— Не изволят, — сообщил я. — Потому что «они» перед тобой.

Шеф уставился на меня.

— Ваше Сиятельство? Простите великодушно… не признал. Я первый день на работе. Только сегодня утром заступил с милостивого разрешения графини…

— Не заморачивайся, — отмахнулся я. — И смотри, чтобы не подгорело.

Шеф всплеснул руками и поспешил уменьшить огонь под сковородкой. Тут же переключил внимание на духовку — открыл дверцу, изучил содержимое противня в фольге и тотчас закрыл. На меня пахнуло жаром. Вытяжка еле справлялась с таким напором вкуснотищи.

— Ты наш новый повар? — продолжал допытываться я.

— Воистину так, — молвил шеф, молниеносными движениями шинкуя порцию зелени. У меня возникло ощущение, что это не человек, а слайсер. — Для меня большая честь познакомиться с вами.

— Хм… А рыба у тебя есть?

— Обижаете, Ваше Сиятельство. Прямо с утреца подвезли, индивидуальный заказ. Я раньше в ресторане работал, «Старая Харчевня», слышали о таком? — не дождавшись ответа, говорливый повар продолжил: — Так вот, у нас свои поставщики были, уже проверенные годами. Я когда ушёл от них, контакты сохранил. Можете не сомневаться, рыбка свежая, прямо с Балтики доставляют.

Руки повара жили отдельной жизнью.

Этот мужик мог травить байки, шинковать салат, выкладывать красоту на тарелках, поливать всё это соусом… да ещё, наверное, и строить планы по захвату мира.

— Шеф, дружище, — я подошёл к окну и открыл одну секцию, чтобы глотнуть свежего воздуха. — А ты можешь свернуть килограмма два роллов для одного моего хорошего знакомого? Я тебе за это премию выпишу. Лично от себя.

— Не вопрос, Ваша Светлость, — расплылся в улыбке бородач. — Только премию не надо. Это моя работа, ага.

— Так держать, — похвалил я. — А почему из «Старой Харчевни» ушёл?