Книга Здесь вам не клан 6, страница 94 – Ян Бадевский

— Не смотри на меня так.

— А на кого мне ещё смотреть?

— Мы оба выламываемся. Это же петля времени, твою мать.

— Я вижу здесь одного хрономага. Других нет.

— Удар ниже пояса, — пробурчал я.

Макс был непреклонен:

— Возьмёшься?

* * *

Я слишком поздно дорубил, почему Брукс не пригласили участвовать во всём этом.

Да, она мне рассказывала про основание первых лабораторий «Эскапизма», светлые идеалы и веру в то, что можно открыть доступ человечеству в иные миры. Рассказывала о погибших друзьях, которых устраняли из-за отказа сотрудничать с «Ростехно»… Но совершенно забыла упомянуть о том, что за одного из этих учёных вышла замуж.

МОР просчитал несколько вариантов коррекции.

Первый — физическое устранение Брайана Сингха. Тут было где развернуться. Раннее детство, утроба матери, студенческие годы, поездки на симпозиумы. Несчастные случаи легко подстраивались, взлом и выжигание личности тоже был реален, но для этого потребовались бы опытные и нашпигованные имплантами кибермансеры.

Впрочем, нет.

Вру.

Детство, утроба, школа и студенчество — всё это не просматривалось из-за темпоральных искажений. Сбор данных агентов внедрения тоже не дал результатов. По всему выходило, что Сингх выпал из ниоткуда. Человек без прошлого. То ли купленные корпоратами спецслужбы изъяли все документы, то ли ещё что. Впрочем, мы и отследить этого мужика на ранних стадиях его взросления не смогли.

Мне ситуация очень не понравилась.

Человек не может вылезать из пустоты. Документы засекретить можно, но куда спрятать реальную жизнь? Анализ поздних диалогов Сингха и Виктории Никольской, то есть Кимберли, показал, что образование учёный получил в филиале Токийского университета в Бомбее. Мы отправили туда эмиссара, тот вернулся ни с чем. В базах данных основатель «Эскапизма» не фигурировал, встретить его на территории кампуса не удалось.

Первая половина жизни Сингха стёрта.

Брукс по понятным причинам не годилась для коррекционного вмешательства. Другие эмиссары в той или иной степени были вовлечены в воронку событий и могли отредактировать собственное прошлое.

Я — другое дело.

Никаких эмоциональных привязок, событийных линий, биографического пересечения. Вдобавок, я замкнул временную петлю и выпал из сферы предсказуемости окончательно.

Смерть Сингха могла повлечь за собой непредсказуемые изменения в судьбе Ким. Двадцатипроцентная вероятность нервного срыва, тридцатипроцентная — заурядной жизни с постепенной деградацией.

Мы рассмотрели и другие решения.

Взлом виртуального акка Брукс с целью предотвратить её знакомство с будущим мужем. Пробку на дороге и застрявшее наземное такси в Токио, где должна была произойти первая встреча учёных. Подставу с любовницей, снотворное в вине, форс-мажоры в институте, требующие срочного возвращения.

Знаки судьбы, меняющие ход мыслей.

Книжка о темпоральных парадоксах и хрупкости бытия, оставленная кем-то в парке. Случайный попутчик в самолёте, рассуждающий о том, что корпорации извращают любые хорошие начинания и на корню выкупают перспективные разработки. Криптовалютный инвестор, решивший внезапно позвонить Сингху, чтобы поддержать его замороженный проект с экологичными токенами.

Как по мне, знаки были изящным решением, но гарантии успеха оставляли желать лучшего. Эти ветки плохо просчитывались нейросетью.