Книга Здесь вам не клан 5, страница 107 – Ян Бадевский

— Готов выслушать.

— Во-первых, как ты изволил выразиться, будет неправильно брать деньги от чужих людей, к которым ты вошёл в доверие. Во-вторых, мы не признаем твою неодарённую дочь, какой бы паспорт она ни получила. В-третьих, я разрываю помолвку с Вешенскими. Негоже обманывать старого друга, у нас были определённые планы на этот брак. В-четвёртых, мои внуки по твоей линии, зачатые без евгенического прогнозирования, будут лишены титула и наследства. В-пятых, держись подальше от матери. И от нашего поместья. Я придумаю благовидный предлог. Государева служба, секретные задания... Не важно. Я люблю свою жену и не хочу разрывать ей сердце.

Граф отставил чашку и надолго замолчал.

— Что ж, — я допил чай и поднялся с кресла. — Рад был повидаться.

— Макс... — Корсаков-старший впервые назвал меня настоящим именем. — В тебе живёт много воспоминаний... от моего сына?

Пожимаю плечами:

— Всё, что он пережил.

— И ты... проводишь грань между... им и собой?

— Ядро личности Вити Корсакова умерло, — отрезал я. — Я храню память твоего сына, но не его самого.

Глава рода задумчиво кивнул.

На краткий миг мне показалось, что лицо светового мага исказила гримаса страдания. Ещё секунда — и бывший щит императора взял себя в руки.

— Знаешь, мой отец... полагает, что на тебя можно надавить. Заставить играть по нашим правилам. Вступать в брак с кандидатками, которых навязали аналитики. Делать детей, и пусть некоторые из них будут хрономагами... В общем, по его мнению, я потерял сына, но могу приобрести кучу одарённых внуков. И эти внуки пойдут дальше нас с тобой. Сила крови, ага.

— Сам как думаешь? — перебил я.

— Как глава рода... я должен использовать подвернувшуюся возможность. С позиции отца... мне противно.

— И кто победит? — смотрю в глаза биологическому предку. — Глава рода или отец затюканного, забитого всеми ребёнка?

Глаза Андрея Илларионовича полыхнули яростью.

А потом буря утихла.

Этот человек обладал железной волей.

— Сейчас побеждает здравомыслие, — усмехнулся мой собеседник. — Я оставляю тебе имя и фамилию уважаемого рода. С титулом в придачу. Ты мне должен, Ву. Я не знаю, чем завершится война с твоим миром. Сможет ли император успешно противостоять кланам — тоже большой вопрос. Но если мой род будет нуждаться в твоей помощи... ты придёшь. Утривают такие условия?

Откровенно говоря, нет.

На безрыбье и рак рыба. Я рассчитывал на полное освобождение от жизни предшественника, но против этого выступает император. Так что приходится принимать условия Андрея Корсакова. Изображая из себя наследника рода до самого конца.

— И никакой евгеники, — обозначил я свою позицию.

Отец согласно кивнул:

— Никакой евгеники. Иди, куда хочешь. Делай, что должен. Мы не станем мешать.

Я протянул Корсакову-старшему ладонь.

И был вознаграждён крепким рукопожатием.

***

С Дашей мы решили встретиться на нейтральной территории.

Девушка не приглашала меня к себе, да и мне звать её было некуда. Теперь, когда родовое гнездо Корсаковых перестало быть родным домом, остались съёмные апартаменты в охраняемом ЖК и студенческий кампус, где я жил с сентября. Надеюсь, ситуация изменится в скором времени.

Итог — свидание на прогулочном судне.

Здесь, в Петрополисе, по Неве и многочисленным каналам курсировали суда, смахивающие на наши родные "‎метеоры"‎. В этой реальности прогулочные катера тоже оснащены подводным крылом, но называются "‎стрелами"‎. Мы сели на борт такого судёнышка в районе Биржевого моста. Маршрут проходил через Петергоф, но можно умчаться хоть на Валаам. При желании.