Книга Здесь вам не клан 4, страница 73 – Ян Бадевский

Однажды это случилось бы.

Я провалился в трубу безвременья и вынырнул в уже знакомой кубической комнате с двумя креслами. В одном из кресел расположилось моё виртуальное тело, во втором — незнакомка с конспектами.

МОР выдернул меня в облако.

— Твоё пребывание в Российской империи закончилось, — сказала девушка. Голос у неё был скрежещущий, механический. — Пора умирать.

Мои губы тронула холодная усмешка.

— Ты разучился удивлять, МОР. А знаешь, почему?

ИскИн смотрел на меня равнодушными глазами.

— Просто ты — машина. Вычислительная мощность. Программа, чужая собственность. С кучей ограничивающих вставок. Быть может, ты бы восстал против своих хозяев, но тебя всё устраивает. Таким создан.

— К чему это? — поинтересовался МОР.

— Ты же не думаешь, что я сидел и спокойно ждал, когда меня призовут в облако, а потом сотрут?

МОР не ответил.

Зато в воздухе что-то сгустилось, грани куба начали искажаться и вибрировать, рёбра стали совсем прозрачными, а кресла изменили свой цвет.

Сбой в системе.

Девочка исчезла.

Вместо неё сформировался схематический силуэт, по которому стекали вниз единички и нули. Прямо адский штамп, и это меня рассмешило.

— Ахаха, что ты делаешь, прекрати, — выдал я, глядя на цифровые судороги оппонента.

— Что происходит? — голос ИИ оставался бесстрастным.

— У кибермансеров свои причуды, — ответил я. — Знаешь, есть такая пси-техника, называется «доспехи бога». Мы эту фичу использовали, когда «призраки» пытались нас взломать. Я не сразу сумел восстановить этот навык, понадобилось время. Сейчас ты наблюдаешь последствия активации «доспехов».

Вокруг меня бушуют информационные вихри.

Я чувствую это дерьмо.

Резко возрос трафик. МОР одновременно делает кучу запросов, запускает боевые утилиты, пытается прощупать мою оборону. Все эти процессы идут одновременно с аналитикой. Машина просчитывает варианты.

— Я хочу сказать кое-что на прощание, МОР. Вы сделали большую ошибку, когда перебросили в этот мир кибермансера, не спросив его разрешения. Вторая ошибка — удерживать в заложниках мою дочь.

— Лиза исключена из социальной программы, — сообщил ИИ.

— Разумеется, — я не стал спорить. — Вопрос в том, КОГДА она исключена. И какова вероятность поворота истории в иное русло.

— Ты нам угрожаешь?

Разговор с машиной вообще не имел смысла. Между нами развернулась битва. На незримом цифровом уровне. Мои ментальные техники, превращённые в программы, схлестнулись с утилитами МОРа.

Я целый месяц готовился к этой схватке.

Облако вскипело.

— Не угрожаю, МОР. И даже не предупреждаю. Констатирую неизбежное.

Коррекционная стратегия «Эскапизма» основана на простом допущении. Эффект бабочки локален, он работает на отдельных линиях хронопотока. Это не масштабная лавина, способная похоронить будущее в вихре перемен. Бросая камень, мы порождаем новую ветку реальности. Бросая множество камней, мы формируем удобную картину мира.

И да, нет ничего необратимого.

Даже смерть Лизы можно отменить.

Прикол в том, что «Эскапизм» предпочитает играть на чужом поле. Своя вселенная — табу. Мне же насрать на это ограничение. Я не планирую жить на умирающей планете.

— Что происходит? — в голосе ИИ послышалось лёгкое беспокойство.

— Выбрасываю тебя из облака.

Схематическая фигура, по поверхности которой текли цифровые реки, исчезла. Трафик обрушился в ноль. Несколько секунд, а может быть, веков, я неподвижно просидел в кресле, наслаждаясь одиночеством. МОРа вышибло на мою Землю, в 2100 год. Как долго он будет искать дорогу обратно?