Книга Здесь вам не клан 2, страница 111 – Ян Бадевский

— Конечно.

— Я остановился…

— Мы знаем, где ты остановился, — перебила девушка. — За твоей квартирой следят. Постарайся незаметно выскользнуть и сесть на автобус, идущий к Минскому порталу.

— Телефон отслеживается.

— Само собой. При переходе через портал выруби грёбаного «Хамелеона». Будет похоже на сбой.

Короткие гудки.

Вот такое оно, воскресенье.

Прогулки по питерским улочкам, нахлобучивание красивой семнадцатилетней сучки, посиделки в кафешках и прочие несбыточные мечты.

А медлить нельзя.

Я должен выяснить, что происходит.

Вернувшись в комнату, я удостоверился, что Аврора крепко спит. Можно её разбудить и попытаться навешать на уши какой-нибудь лапши. Вот только у меня нет времени на долгие беседы. Быстро помывшись, почистив зубы и одевшись, я вытащил из рюкзака блокнот. Черканул короткую записку:

У меня срочное дело. Извини, что не попрощался. Запри квартиру, ключ забрось в почтовый ящик. Созвонимся.

Перед уходом я осторожно выглянул в окно.

Машина с канцеляристами никуда не исчезла. Мужик, куривший сигарету, забрался в салон, а его напарник куда-то исчез. Возможно, отправился за перекусом в лавку на углу.

Я прикинул шансы на незаметное отступление.

Подъезд заканчивается решётчатой дверью, ведущей в переулок. Кодовый замок, громкое лязганье. Чёрного хода не предусмотрено. Это значит, что обойти хвост не получится. Что остаётся?

Хрономагия.

Остановить время, пробежаться до ближайшей подворотни, юркнуть в каменную кишку и через Австрийский Дворик выбраться на Фурштатскую. Ещё раз пересматриваю подступы к дому по ругл-карте. Всё сходится. Если не затягивать с рывком, маны израсходуется совсем чуть-чуть. Дальше — остановка троллейбуса. И пересадка на рейсовый автобус до Минска.

Вперёд!

Записку я оставил на прикроватной тумбочке. Вместе с ключом. Захлопнул за собой дверь, тихо спустился по ступенькам на первый этаж. У подъездной двери остановился, собрался с духом, прокрутил ещё раз план действий.

И заморозил время.

Открыть дверь, спуститься с крыльца в кирпичную нишу, нажать кнопку на решётчатой двери и шагнуть в промозглую питерскую слякоть.

Воздух пропитался моросью.

Под ногами — лужи и щербатая брусчатка.

Сворачиваю налево, быстрым шагом иду к подворотне, оглянувшись через плечо на свою охрану. Первый агент курит в окно машины — его рука с зажатой сигаретой застыла над тротуаром. Сизый дым окаменел в стазисе. Второй канцелярист замер на полушаге рядом со мной. Одна рука держит раскрытый чёрный зонт, вторая — бумажный пакет с уличной едой.

Пробегаю через арку, сворачиваю в глухой дворик и возвращаю реальность к исходным настройкам.

Австрийский Дворик — это П-образный доходный дом с дешевыми апартаментами. Вроде наших хостелов. Жёлтые обшарпанные стены, допотопные подъезды, неоновая вывеска с мигающими и потрескивающими буквами. Ветер в подворотне дует с такой силой, что меня чуть не сносит. Блин, лето не успело закончиться, а уже такое дерьмо…

Выхожу на Фурштатскую.

Морось, кажется, пропитала всё окружающее пространство, въелась в каждый миллиметр улицы. Изредка налетали порывы ветра, швыряя всё это мне в лицо. За телефоном я не лез — заранее всё проруглил и запомнил.

Поворот налево.

С полсотни метров до остановки троллейбуса.

Мне нравятся эти допотопные штуковины. Железная коробка, водитель, электрические рожки. В моём мире тралики сохранились разве что в самых отсталых городах. Мегаполисы связаны между собой трубами Гиперпетли, а общественный транспорт сводится к монорельсам и беспилотникам всех мастей. Ну, метро ещё. Власти стараются упрятать всё под землю, а улицы отдать пешеходам.