Книга Здесь вам не клан 1, страница 74 – Ян Бадевский

— Зря. Не надо было его беспокоить.

— Ты бился в судорогах, — сообщила Милана. — Раньше я такого не видела.

— Испугалась?

— Очень.

— Я надолго отключился?

— Минут на двадцать.

— И всё это время дергался?

— Нет. Лежал с остекленевшими глазами. Ни на что не реагировал. Никого не слышал.

А ты поместила мою голову на бедро и стала поглаживать? Сомнительно с медицинской точки зрения, но настроение у меня поднялось. Во всех смыслах.

— Напрасно побеспокоили доктора, — я покачал головой.

— Это уж мне решать, молодой человек.

В комнату с трудом протиснулся шкаф.

Точнее — фамильный врач рода Корсаковых.

— Что у нас тут?

— Память вернулась, — сообщил я.

Оказывается, дверь в спальню была распахнута настежь. Надо полагать, чтобы эскулап быстро получил доступ к пациенту.

— Мои поздравления.

Илья Назарович присел рядом. Под тяжестью целителя матрас прогнулся, а перекладины в недрах коробки жалобно скрипнули.

— Только не надо этих ваших штучек, — предупредил я.

— Не буду, — заверил врач, глаза которого начали светиться желтым. — Сканирую эмоциональный фон. Ты вспомнил сразу ВСЁ?

— Угу, — я кивнул. — Одним махом.

Доктор задумчиво почесал подбородок.

— Плавали-знаем.

— В смысле?

— Так бывает, если кто-то заблокировал память. Магический стопор. Выставляется на всю жизнь или в определенных хронологических рамках.

— Стопор, — задумчиво повторил я.

— Да, — врач полез в карман незастегнутого халата и добыл пузатую скляночку со светящейся розовой мутью. — Попей в ближайшие дни этот эликсир. По глотку на сон грядущий. Восстановит концентрацию и приведет мысли в адекватное состояние.

Я принял подношение.

Покрутил склянку в пальцах.

— Что это?

— Эликсир, — повторил врач. — С магическими компонентами. Поверь, ничего опасного. Без побочки.

— А сейчас выпить можно?

Доктор одобрительно кивнул:

— И нужно.

Свинтив колпачок, делаю небольшой глоток мерцающей жидкости. По вкусу — сироп от кашля. С ореховыми и ягодными нотками. Без алкоголя и чего-то острого.

Прислушиваюсь к ощущениям.

Ничего.

— Потерпи три минуты, — хмыкнул эскулап.

За дверью раздались шаги, и к нашей дружной компании присоединился Андрей Корсаков. Надо же, батю проняло. В отрыве от дворцовой службы проснулся интерес к сыну.

Или этот интерес вызван другими причинами?

Граф уверенно пересек комнату.

— Милана, свободна.

— Да, ваше сиятельство.

Горничная с виноватым видом подскочила с постели и ретировалась в коридор. Отец зачем-то выглянул в окно, а затем уставился на меня.

— Восстановление, — констатировал Илья Назарович.

— Полное? — уточнил батя.

Я напрягся.

Вот и наступил момент истины. Если память вернулась в неограниченном объеме, я должен вспомнить клинику и тех менталистов, что колдовали надо мной в Атлантисе.

Граф и целитель ждут.

Откручиваю в тот день, когда мы с друзьями устроили алкотреш в Петродворце. Всё — обрывками. Муть, неадекват. А вот и зеркальная гладь одноразового портала. Выдвигающиеся из пустоты фигуры.

Пальба.

Женские крики.

Голая девушка падает в бассейн, под ней расплывается красное пятно. Рядом со мной вдребезги разлетается фарфоровая ваза.

Тьма.

Небытие.

И уже знакомый фургон с Карой де Винье в главной роли.

— И? — напирает отец.

— Бассейн помню, — признался я. — Дальше… нет. Сразу фургон.